Аутодафе

– Здесь тебя уже заберет прилив.

– Спасибо, ох-ох, – сказал тот.

Мы оставили его в окружении тушканов, которые хохотали теперь уже целой командой, повизгивая на весь берег.

– И часто у вас такое веселье? – полюбопытствовал я, засунув руки в карманы легкой куртки.

– Каждый день. Поторапливайся, напарничек. Нам еще назад возвращаться. Так, а вот к этой не приближайся. Она ненормальная, да к тому же еще и голодная.

Лохматый, ярко-зеленый, под стать весенней листве, паучина, бесцельно бродил по пляжу. Из его спины по пояс торчала дряхлая ведьма с неопрятными волосами и неоправданно длиннющими руками.

Болотная ведьма пристально следила за нами до тех пор, пока мы не отошли от нее на порядочное расстояние, и после быстро поползла к далекой воде, собирая в сумку огромных, ярко-алых морских звезд.

Оживленный участок пляжа закончился, и теперь мы видели лишь носящихся чаек, пронзительно и неприятно вопящих, когда между ними возникали драки за выброшенных прибоем рыб.

Идти оказалось неблизко, и через какое-то время в боку вновь появилась боль. С каждым шагом она становилась все сильнее.

– Передых, – сказал я Зивию, усаживаясь на темно-желтый, больше похожий на пыль, песок и держа руку на пульсирующей ране.

– Да-а-а, страж, ты сейчас не в лучшей форме, – кисло проронил боздухан. – Тебе не душ надо ловить, а цветочки выращивать. Пожалуйста, не развались, иначе меня ждет неприятный разговор с Софией.

– Ради тебя я очень постараюсь, – отозвался я, глядя, как в кустах рыжим пятном мелькнул лисий хвост.

– Я еще и спасибо знаю, – небрежно бросил Зивий, ковыряясь в ухе. – Вот только не считаю нужным пользоваться вашими человеческими заморочками. Я вообще, знаешь ли, не слишком жалую ваше племя.

– Спасибо за откровенность.

– Пожалуйста. Как будешь готов, скажи. Пойдем дальше. Деревня во-о-н за теми скалами. Недалеко осталось.

Я смотрел на волны, каждая из которых была чуть больше предыдущей.

Боль медленно отступала, разжимая ядовитые коготки.

Я провел рукой по прохладному песку, и мои пальцы зацепились за присыпанный песчинками камушек. Он был маленький, тепло-красный, с медовыми разводами.

– Смотри, – я показал Зивию, но тот не проявил никакого интереса, отмахнувшись:

– Этого добра здесь хватает.