Сотня граней. Тысяча и одна боль.

Он ответил не сразу, так как сам не знал, как правильнее поступить.

– Наверное нельзя быть таким эгоистом, хоть мне и не хочется делиться. Просто… просто у нас не принято беспокоится о других.

– Понятно. – мне нравилась его честность.

Наверное, именно поэтому они и не могут ничего возразить своему лорду, когда он бесчинствует. Ведь никто всё равно не поддержит. Никто не заступится. И тот это знает.

– И всё же. – продолжил я, – Как насчёт того, чтобы поделиться хотя бы с другими детьми? Я понимаю, что этого всё равно на всех не хватит.

Мальчик улыбнулся.

– Да. Будет здорово. Тогда я чтобы маму не беспокоить, поставлю столик перед входом в наш дом и буду зазывать других детей. А сестру попрошу, чтобы она сама раздавала еду! – неожиданно загорелся этой идей Архил.

– Кстати, а как зовут твою сестру. А то я иногда даже не знаю как к ней обращаться – спросил я у него, пока он не успел убежать.

– Никак – слегка опустив голову, ответил он – чтобы получить имя, нужно заплатить лорду.

– Э? – не понял я – в смысле?

– За моё имя, мой отец ушел служить к лорду. Так как денег у нас не было. Их ни у кого нет… Но отец уже не вернется… – погрустнел мальчик.

Я стоял в полнейшем шоке. Да что же это такое? Разговаривать нельзя, за имя нужно заплатить… Интересно, о чем ещё я даже не догадываюсь? Этот жирный кусок дерьма, называющий себя лордом, мне всё больше и больше не нравится. Но я как мог сдерживал свою злость и продолжил говорить.

– Кстати, я помню, ты мне рассказывал, что люди не хотят идти служить к нему. Но судя по тому, что я видел, это не совсем так. Многие выглядели очень даже довольными. Наверное потому, что сытые…

– Люди там меняются. Очень сильно. Все это видят… А кто не меняется, исчезает или умирает.

– Как умирают? – удивился я – неужели вам внешних врагов недостаточно? – но последний вопрос был предназначен явно не для мальчика…

– Не знаю как. Говорят, что иногда людей сбрасывают с конца света.

– «Хм. И правильно делаешь.» – подумал я. Я хотел было в очередной раз возмутится и начать причитать как люди всё это терпят, но быстро понял, что подобное уже давно и привычно абсолютно для всех. А ещё скорее всего, в их своде правил есть пару глупых пунктов, запрещающих бунты и всё такое… Ведь я уже понял это, когда разговаривал с начальником городской стражи.