Реплес

Искомая кузня нашлась быстро и действительно находилась в переулке по правую руку от входа в храмовый комплекс. Зайдя в лавку, я слегка удивился. 

Из-за прилавка на меня уставился хмурый, серьезный кузнец, а не торговец. 

Длинные смоляные волосы заплетены в косу, на особый манер, которая состояла из более мелких косичек. Аккуратно подстриженная бородка не скрывала волевого подбородка. Гордый нос, казалось, рос из кустистых бровей, под которыми жили внимательные цепкие, темные глаза. 

Хоть одежда и скрывала от меня развитую мускулатуру, непропорционально большие, мозолистые руки оставались на виду, что давало возможность безошибочно опознать в кузнице энчида.

Этот народ признан лучшим в производстве всего, что касалось смертоубийства, хотя сами воевать не любили. Умели, хорошо, но не любили. 

Да и продавать предпочитали через посредников, не отвлекаясь от процесса созидания, но всегда есть исключения. И вот сейчас такое исключение сверлило меня недобрым взглядом, явно теряя терпение от моего затянувшегося молчания.

 – Ну, и чего ваша милость изволит? – не выдержал кузнец.

 – Милость? – Я усмехнулся. – До милости я не дотягиваю. Наемник я. Вот, послали меня к вам за доспехом.

 – Послали? – В темных глазах зажглись искры озорства. – Небось и денег дали?

 – Нет, – рассмеялся я, – те, кто послали, те и платят.

Готовность кузнеца к хорошей, небезобидной шутке сменилась серьезностью.

 – Хран?! – требовательно спросил он.

 – Хран, – отпираться не стал.

 – Чего ж голову морочишь? – буркнул кузнец недовольно.

 – Так вы были готовы к хорошей потехе, да и я не против.

 – Да где уж, тут больше благородные, знатные да динаты. – Кузнец выглядел расстроенным.

 – Тогда почему сами торгуете? – удивился я.

 – Так торгаш, шельма, воровать стал, думал не услежу, – то, что кузнец сильно зол, ощущалось до сих пор. – Выгнал его взашей, вот и приходится пока самому здесь быть, чтобы убытка не было.

Почти в то же мгновение из глубины лавки шагнул за прилавок еще один энчид, значительно моложе хозяина. Ученик, понял я. Его телосложение, огромные руки и смышленый взгляд давали надежду, что в будущем он станет хорошим мастером. 

 – Я здесь, мастер Старх. 

Я обомлел. 

Мастер Старх  был не простым кузнецом, таких как он – считанные единицы.