Реплес

 – Значит, арест отменяется и пыточные устройства с меня сегодня снимут? – я вытащил ногу в лубке из под стола на общее обозрение, чтобы целитель не вздумал увиливать и играть со мной в недопонимание.

 – Не рано? – с сомнением протянул тот.

 – В самый раз, – осклабился я. – У нас тут после обеда дело намечается серьезное. Меня шестом избивать собрались.

Так с шутками и прибаутками, несмотря на сомнения лекаря, я избавился от лишнего, смог нормально переодеться, обуться и размяться.

Тело, словно чужое, постепенно становилось послушным. Конечно, мне еще придется попыхтеть, чтобы вернуться в форму, ну, да дело за малым, а начало уже положено.

«Деревянные» мышцы неспешно становились эластичнее. Рубцы, побеспокоенные моей непоседливостью, благодарности мне не изъявляли, конечно, ну, да кого интересует их «мнение».

Мастер Теннок просто незнаком с нашими гильдейскими целителями, уж они его быстро бы научили «плохому», а именно: нещадно гонять вышедших из строя хранов, во благо – это почти основной постулат их деятельности.

После легкого перекуса, гордо именуемого обедом, маг-лекарь пришел посмотреть на мое «избиение», в компании рыцаря Света.

Увидев Лотрия, я невольно проникся к мастеру Тенноку большим уважением. Это же надо было так извернуться, чтобы не допустить ко мне еще одного истязателя! Наверняка рыцарь не оставил своей идеи – добиться от меня всех возможных подробностей о погибших товарищах.

Легкий обмен ударами бо-кенов, отозвался неприятной дрожью в руках. В этот раз Ароша имела все шансы на воплощение своей угрозы в жизнь, но так просто я не дался. Тут не до нападений и хитрых вывертов, а вот уйти в глухую защиту мне ничто не мешает. Что я и сделал, надо сказать, довольно успешно.

Мастер Теннок все переживал, что эта забава плохо закончится. Лотрий только посмеивался, хитро прищурившись, наблюдая наметанным глазом за нашим поединком, не без удовольствия.

Горестный вопль, высунувшегося в окно Тана, чуть не стоил мне новых синяков:

 – А я?!

 – Что ты? – крикнул я, в последний момент уйдя от хитрой атаки бо-кена.

 – Бросили меня, да? Гады! Сами развлекаетесь, а я лежать должен!

Крик вопиющего из окна, свел на нет возможность сражаться дальше – хохотать и сражаться у меня еще никогда не получалось.