Реплес

– Надолго?

 – После такого теплого приема, есть необходимость задержаться подольше, что скажешь, Тан?

Хохот корчмаря разрядил обстановку:

 – Тебе здесь всегда рады.

 – Значит, решено, – заявил я, улыбаясь без тени издевки.

 – С мечом в черте города ходить запрещено.

«Сейчас мне еще штраф попытаются вкатить», – невольно расстроился.

 – Я только прибыл, стража на воротах меня предупредила, кто ж знал, что тут так… даже комнатой еще не обзавелся.

 – Ну… тогда добро пожаловать в наш город, – ляпнул стражник, осекся, не выдержал и заржал.

Мы с Таном присоединились. Все еще хихикая, корчмарь вернул валяющиеся лавки к столу и поинтересовался:

 – Эля?

 – И закуски, – поддержал я, слезая со стола и пересаживаясь на лавку.

Стражник невозмутимо устроился напротив, теперь его внимание занимало происходящее в корчме. Молодой парнишка, споро расставлял по местам раскиданную мебель, подавальщицы взялись за тряпки и метлы – корчма возвращала себе пристойный вид.

Все дебоширы удалены из зала, и теперь корчма заново наполнялась посетителями. Один из стражников вернулся, подошел  к нашему столу, наклонился к сидящему, что-то тихо шепнул и вышел.

Мне было любопытно, но не настолько, чтобы затевать разговор. Я просто ждал обещанную выпивку и еду. Сидящий за столом стражник опять меня изучал, открыто, не скрываясь.

Воспринял это, как приглашение и не остался в долгу. Мой взгляд скользил по лицу, мозолистым рукам, экипировке, отмечая малейшие детали.

Молчаливое противостояние прекратилось с появлением Тана, вернее, с появлением еды и выпивки, интересовавшей меня сейчас куда больше местного стража правопорядка.

Ухватив полную кружку, корчмарь намеревался что-то сказать, но страж вмешался, протянув мне руку:

 – Дохир.

 – Гилл.

Мою ладонь сжимали горячие тиски, пришлось усилить нажим и с улыбкой ответить взаимностью.

 – За знакомство и с прибытием, Гилл, – тут же вмешался Тан.

Вместо ответа, надолго приложился к своей кружке. Довольная улыбка вновь поселилась на лице, особую радость доставляли свиные ножки – рецептом корчмарь отказывался делиться – фирменное блюдо неизменно привлекало клиентов.

 – А где Ароша? – скользнул взглядом по корчме и не увидел дочери Тана. – Еще не так поздно, неужели спит?

 – Отправил в комнату, как только каша заварилась, – лицо осветилось гордостью.