Левый берег

Тогда я стал на колени и, приподняв край ковра, обнаружил прямую линию отверстий, диаметром не более 3 см, проделанных неизвестным мастером между двух параллельных стен. Между отверстиями доски пола были пропилены. Пододвинув тумбу, я поставил на нее шаткий стул и, рискуя свернуть себе шею при падении, взобрался на него со свечою в руках. Приблизив еле горящее пламя к потолку, я увидел щель, повторяющую линию отверстий на полу.

- Что с тобой, Магди? – испуганно воскликнула проснувшаяся Адин.

- Чш-ш! - я приложил указательный палец к губам.

Покинув опасную пирамиду, я велел Адин подняться с кровати и отойти в простенок около двери. Затем я перенес туда матрац, оружие и вещи.

Девушка смотрела на меня непонимающим взглядом, но не задавала вопросов.

Хозяева клоповника проявили себя через час. Мы не спали и сидели на матраце, опершись спинами о стену. Сначала осторожные шаги послышались в коридоре: неизвестное лицо приблизилось к двери и ненадолго замерло, очевидно, прислушиваясь. Затем над нашей комнатой что-то негромко щелкнуло, как будто взвели невидимую пружину и с умеренным шумом, потушив свечу, стоявшую на полу, с потолка опустилась мощная решетка, отделив спальное место от остальной части номера.

Тут же в скважину дверного замка снаружи кто-то вставил ключ. Дверь распахнулась. Стоя по обе стороны от дверного проемы, мы с Адин изготовились к бою.

Комната наполнилась светом: толстая грымза с огромным канделябром из 12 свечей освещала дорогу уже знакомому нам лысому извращенцу, вооруженному длинным ножом, его «жертве» и худосочной подавальщице харчевни « Огонь да рыба».

Какие все-таки изобретательные и веселые эти населенцы Иама!

Троица мошенников, двигавшаяся в авангарде, живо приблизилась к решетке.

Когда подоспевшая владелица воровской ночлежки осветила пустую ловушку, вся банда издала восклицание, напоминающее голодное урчание в желудке Лама.

Захлопнув ногой дверь, я с легким звоном обнажил свое оружие. Адин грозно взмахнув в воздухе мечом, сделала шаг в сторону столичных авантюристов.

Обернувшись на шум, глаза их полезли на лоб. Плешивый выронил клинок и сел на пятую точку. Хозяйка гостиницы дрожала так, что воск от свеч обрызгал весь ковер. Две другие женщины словно превратились в статуи – их парализовал панический страх.

Я легонько провел лезвием топора по щеке мнимой или настоящей дочки толстой хозяйки :

- Эта жизнь принадлежит не умным, а хитрым, - ласково сказал я, - мир держится на уловках. Играют все.