Левый берег

Я одел кольчугу и кобуру со своими боевыми топорами, затушил свечу и осторожно покинул комнату. Потом я спустился на первый этаж и по коридору, ощупывая рукой стены, пробрался в переднюю. Толкнул дверь, ведущую в сени. Через окно с улицы чуть-чуть пробивался атмосферный свет.

Осторожно ступая, я заглянул в лакейскую. Кровать сурового швейцара была пуста. Тогда я вернулся в переднюю и подошел к забитой двери, ведущей в нежилое крыло. Я уже хотел воспользоваться одним из своих боевых топоров, чтобы оторвать доски, как вдруг обратил внимание, что одна из них свободно висит на одном гвозде.

Кто-то уже прошел этим путем. Приоткрыв дверь на 10 дюймов, я бесшумно скользнул в неизвестность.

Ничего не произошло. Здесь было также темно и тихо. Я постоял немного на месте, пока глаза не стали различать в невообразимом мраке кое-какие предметы. От двери вдоль высоких зашторенных черным льняным полотном окон вглубь здания шел коридор. Едва двинувшись по нему, я увидел сбоку ступени, уходящие вниз. Постояв секунду в нерешительности, я все же начал спускаться.

Узкая винтообразная лестница привела меня в сырой проход. Я снова услышал звон, уже достаточно явственный. Он доносился из-за массивной двери в конце прохода, где на стене висел подсвечник для двух свечей в виде распустившегося лотоса. Единственная свеча едва тлела.

Я повернул железное кольцо на двери. Безрезультатно. Вдруг мне послышался шум шагов - кто-то спускался по лестнице. Беспомощно оглядевшись, я сделал два шага в простенок слева и полетел вниз, потеряв чувство опоры.

Шлепнулся я знатно. Минут пять лежал в дурно пахнущей жиже, приходя в себя. Это был старый канализационный коллектор, который представлял собой трубу из неизвестного мне материала большого диаметра.

С трудом поднявшись на ноги, я огляделся. Вверху темным квадратом чернела дыра, в которую я провалился, как олух. Я пошел в ту сторону, куда текла эта вонючая река, заключенная в трубу. Через несколько метров я увидел боковое ответвление, меньшего диаметра, и повернул туда потому, что этот путь казался мне более сухим, чем основной, несущий в себе всё зловоние мира.

Постепенно проход сузился, и я оказался на дне вертикального ствола шахты. Запрокинув голову, я увидел едва мерцающий свет вверху. Я вздохнул, уперся ногами и спиной в противоположные округлые стены пещеры и, помогая себе руками, стал подниматься вверх.

Через несколько метров перед моими глазами оказалось сливное отверстие, из которого периодически лилась тонкая струйка воды.