Падшие герои 2: Восхождение к власти

Несколько сот людей расположились на городской площади и весело проводили время, не обращая внимания на дождь, холод и возможное нападение. Впрочем, последнее было маловероятным, судя по тому, что я видел город уже был полностью под контролем восставших. Поэтому они полностью отдались гедонизму. Пили, ели, делились награбленным и прочее. Большая часть их была горожанами, но мелькали и крестьяне, выделявшиеся более грубоватой и бедной одеждой. Из-за влияния Хаоса и Природы толпа отличалась особой неадекватностью и кровожадностью.

На краю площади валялась целая гора трупов. В центре же лежала куча тел местной знати, а немного отдельно нужный мне человек. К моему удивлению он всё ещё был жив, сильно избит, но и только.

Было ему лет сорок, мощное телосложение и густая борода, правый глаз был выбит. Во рту не хватало зубов, а обе руки, кажется, сломаны.

Время от времени к нему подходили бунтовщики и высказывали ему своё уважение разными способами, среди которых в основном были – плевки, пинки, гнилые овощи в лицо.

Как нецивилизованно. Впрочем, полагаю он это заслужил.

От самих бунтовщиков исходил прекрасно видимый мне запах Хаоса и Природы. Гораздо более явный чем от тех мародёров.

Особенно выделялись в толпе трое здоровенных белобрысых. Они сидели на импровизированных тронах из кучи мебели, взятой видимо из ближайших домов.

Почему-то эти трое были обнажены до пояса несмотря на холодный дождь. Эксгибиционисты небось. Хотя... Я прищурился и чуть более внимательно посмотрел на них, добавив немного магии в глаза.

От белобрысых веяло более ощутимо магией. Той самой смесью.

Незаметно спустившись с крыши я легко смешался с толпой, не смотря на горы одежды на мне. Хотя бунтари выглядели ещё более безумно. Один странный горожанин оголился до пояса, нацепил на себя дорогую мантию, а на голову надел какой-то подвид короны, после чего забрался на стол и стал толкать речь, явно изображая из себя какую-то важную шишку.

Народу понравилось.

На фоне творящегося беспредела я выглядел своим в доску.

Идя по площади, я насвистывал весёлую мелодию и попивал вино из поднятой с земли бутылки, благо они тут валялись повсеместно. Правда большая часть из низ были пустыми, многие и вовсе разбитыми, по попадались и целые.

Пройдя, словно змея, сквозь пьяную толпу, их мозги были настолько затуманены всякой дрянью, что они даже не придали значения тому, что вода в лужах обращалась льдом, а дождь градом.