Некромант Серогорья

Зомби вперился в меня бессмысленным взглядом. Белёсые размытые глаза смотрят в пустоту, изо рта вырывается глухой рык. Я бы с удовольствием прервал его муки, так не хотелось подходить ближе, но переборов отвращение, шагнул навстречу. Сгнившая голова приподнялась. К горлу подступил кислый комок. Я закрыл нос рукавом и приблизился ещё. Некромант я или кто, в конце то концов. Должен терпеть и такое.

– Ты меня понимаешь?

– Агррр. Аррр

– Зачем преследуете? Что Вам надо?

– Мне кажется, вопросы несколько сложноваты, – вмешался Монг.

Я уже готов был согласиться, но рот зомби растянулся в улыбку, взгляд неожиданно прояснился, стал осознанным. Кто-то неимоверно сильный захватил контроль над телом и откровенно наслаждался. По моей коже пробежал мороз. На этот раз от страха. Легко быть смелым когда знаешь, что воскреснешь, когда руку тяготит уникальный меч, а за плечами за двадцатку уровней. Глядя в глаза чудовищу, начинаешь ценить жизнь.

– Тебе не уйти от Короля-Лича, хранитель артефактов, – произнес зомби, разделяя каждое слово.

– А твой король-лич знает, что я для вас стараюсь?

– Глупый хранитель, мы не доверим свою судьбу какому-то человеку. Все игроки должны умереть.

Кулак врезался в челюсть быстрее, чем я открыл рот. Бурые пятна мозгов разметало на пол дороги. – Ну, мы вроде узнали что хотели, – сказал Монг, невинно обтирая ладонь о ближайшие лопухи.

– Верно. Глаз находится за морем, и нам понадобится команда.

– Я в деле, – отрезал Монг. – Не хочу оставаться в стороне, пока по дорогам расхаживают вот такие. Кстати, с тебя ящик эльфийского, когда всё утрясётся.

Монг сунул пальцы в рот, грудь растянулась, впуская воздух. От свиста мы с Русей закрыли уши. В стороне затрещало, будто через лес прёт танк.

– Я наконец придумал ему имя, – обнял Монг крутую шею.

– И какое? – поинтересовался ради формальности.

– Назову его – Цезарь, – гордо молвил Монг и потрепал вороную гриву, отчего рожа коня вытянулась вдвое. – Смотри, как красиво шею гнёт и хвостом виляет. Понравилось кличка, сразу видно. Будет он у меня царских кровей, – показал Монг свои белые, как школьный мел, зубы.