Последний реанорец. Том VII

‒ Пару лет как почитай, ‒ хмыкнул деловито его собеседник с удовлетворенным видом, однако уже в следующий момент тот вдруг скосил хмурый взгляд на рядом стоящего старика. ‒ Мишенька, а ответь-ка мне, будь добр, чего ты от Лазарева хотел в прошлый раз? На кой ляд пристал к парню? Мне даже доложили, что ты ему угрожал…

‒ Не твоего ума дело, Потёмкин. Поздно спохватился. Без тебя разобрались, ‒ грубо отрезал Трубецкой. ‒ Но раз пошла такая пьянка, то и ты мне тоже скажи на милость, друг сердешный, какого лешего святоши стали себе так много позволять? Куда смотрит твой хвалённый третий отдел и статские? И чего здесь наш патриарх забыл?

‒ Есть такая проблема, но каждому решению своё время, ‒ философски изрёк советник, не сводя изучающего взгляда с румянощекого церковника, что стоял подле Романова.

‒ А насчет Александра можешь не переживать. Государь здесь тоже не просто так. От себя могу сказать, что Всеволод недоволен последними событиями. И недоволен ‒ это мягко сказано. Дед его эту кашу с церковниками заварил и всем остальным наказ строгий выдал не лезть в их дела, а вот ему теперь расхлёбывай. Охрабрели те, в общем. Мне если честно до сих пор кажется, что слишком мутно всё в прошлом случилось. Слишком.

‒ На их «сияющих» грешишь, интриган старый? ‒ невзрачно поинтересовался Трубецкой, сводя брови вместе. ‒ Молва разная про них ходит.

‒ На них, Мишенька, на них, ‒ холодно отчеканил светлый князь, но секунду погодя взгляд его моментально потеплел и стал чуточку насмешливым, ведь впереди себя тот заприметил небольшую группу молодых людей сразу из трёх различных родов.

‒ А чего это твоя внучка сама не своя? Аль волнуется? Переживает? За Захарушку? С чего бы?

‒ Ты на Прасковью-то свою взгляни, ‒ не остался в долгу старик с ехидной усмешкой на губах. ‒ Выглядит аналогично, да только отчего-то бледнее болезного Ростислава. Авось приболела?

‒ Типун тебе на язык, пень старый! ‒ отрезал скрипуче Потёмкин, сверкнув свирепо глазами.

‒ И тебе того же, Тень Костлявая, ‒ расплылся в хамской улыбке Трубецкой, весело подмигивая внучке, которая секунду назад оказалась привлечена перепалкой двух стариков.

***

‒ К чему такая срочность, ваше величество, ‒ сухо заговорил патриарх Александр, после затянувшегося и весьма многозначительного молчания. ‒ Мы оба люди занятые. Сам должен понимать.

‒ Хватит тебе, Саша, ‒ хмыкнул государь. ‒ Дела подождут. Они, так или иначе, всегда будут, но работа не волк ‒ в лес не убежит.

‒ Есть дела, которые не требуют отлагательств.