Последний в очереди

Итак, тёмные были на хвосте, мне оставалось найти буквально кусок или пару недостающих фрагментов, и было устойчивое ощущение, что во Франции я не все собрал. Я решил петлять, пересаживаясь на такси, из улочки в улочку, от одного старинного дома к другому. На что я надеялся? По правде говоря, на портал. Специально выбирал старые дома, чтобы или меня наши запихнули в портал или из портала кто-то вышел, кто мог бы мне передать артефакт. Наконец я увидел очень старинную булочную, запах свежевыпеченного хлеба валил с ног.

Я так устал от моих перебежек, что подумал: «И в самом деле, чашка капучино с багетом ещё никого не убивала» - «Little party never kill nobody»(с),- да-да, и все в таком духе. Краска на входе облупилась, но я заметил над козырьком маленькую иконку Девы Марии - так делали ещё в 19 веке, и я, честно говоря, обрадовался этому, как ребёнок, и страстно понадеялся, что там не будет тёмных. Веками тянущееся противостояние утомляло. Не то слово. Хотелось хотя бы 5 минут пожить без войны. Внутри было пусто, пахло хлебом и свежесваренным кофе, стояла кофемашина, и я жадно вгляделся в меню - здесь варили кофе! Ура! Из видавших виды занавесок очень медленно вышел абсолютно седой красивый старик с белой бородой. Его лицо могло бы украшать картины 18-19го веков, я серьёзно, он был похож на Бенедиктинского монаха. Что-то сдавило мне грудь до боли и мне очень захотелось плакать. Да что там, рыдать мне захотелось. Я, обычно сдержанный, не в силах был смотреть на его добрые морщины, на свет, исходящий от его седины и поэтому быстро пробормотал: «два круассана и один капучино пожалуйста». Старик ещё раз внимательно на меня посмотрел и поставил вариться кофе. Он положил передо мной два круассана в пакетике, объявил: «7 евро» и ещё раз внимательно посмотрел на меня, пока я судорожно искал мелочь. «Тебя-то я и ждал», - вдруг медленно проговорил он и я начал терять сознание. Очень медленно терять сознание. Так медленно, что я мог видеть как он сделал пасс на стену, открыл невидимые в трёх измерениях створки, достал оттуда свёрток, полыхающий огнём, медленно развернул бумагу и достал оттуда кусок солнца. По крайней мере, это выглядело именно так. Вся булочная немедленно озарилась невероятно сильным огнём, как будто был пожар и она действительно горела, он взял это в руки, и крайне аккуратно и медленно приблизился ко мне, после чего кусок солнца выскользнул у него из рук и вошёл в мою голову. На этом месте я отрубился. Мое сознание больше не вывозило.