Арбитр

Если бы не одинокий фонарь, который какой-то безумный планировщик воткнул на незаасфальтированную площадку, она вряд ли смогла бы рассмотреть появившегося человека. Фонарь на миг потух, а потом как-то неуверенно разгорелся обратно. Что чужак отсутствовал там ещё минуту назад, она могла бы подтвердить перед кем угодно.

Около тридцати. Высокий. Пожалуй, даже повыше ужасного громилы, что собирался её изнасиловать секундой ранее. Широкий в плечах. Не человек — медведь. Он совсем не выглядел точёным завсегдатаем фитнес-клубов, скорее, Нике он напоминал… да, её отца.

В каждом движении её отца всегда чувствовались сила и скорость. Как ленивый тигр, лежащий на солнышке в зоопарке, который в одно мгновение мог из большой кошки превратиться в машину смерти, стоило ему почуять угрозу. Аналогично держался и этот чужак. Ника ошиблась, на медлительного и неповоротливого медведя он совсем не походил.

Щетина на лице этого человека не имела ничего общего с ухоженной бородкой городских модников. Незнакомец явно просто обкорнал её подручным предметом, не имея ни нужных инструментов, ни времени.

Одетый в странные свободные тканевые штаны и такую же рубаху со шнуровкой на груди он выглядел неуместно и нелепо. Почему-то на ум приходило слово «холщовый». Ролевик, что ли? Завершали картину потёртые кожаные сапоги до середины голени.

Из мелочей она разве что успела ухватить два украшения, блестящих на теле мужчины.

Незнакомец замер там же, где и появился. Словно хищник он изучал окружающее пространство, принюхиваясь и прислушиваясь. Повернул голову и посмотрел прямо на неё. Перевёл взгляд на четвёрку, обступившую девушку. На мгновение склонил голову на бок и не спеша направился в их сторону.

— Эй, мудила, п-шёл прочь, пока в тебе дырок не наделали, — первым слово взял Гнусавый.

— Да он, похоже, глухой или тупой, — усмехнулся Бита, застегнув штаны.

Сумка, до этой поры висевшая у него на плече, упала на землю. А из неё показалось орудие, давшее ему прозвище. И вряд ли он носил её с собой, чтобы играть в бейсбол.

Всё так же улыбаясь, амбал направился навстречу незнакомцу.

— Давай уделай его, Борь, — прошипел Щербатый.