Арбитр

Стараясь говорить как можно спокойнее, произнёс:

— Если закричишь, ты следующая.

Девушка задрожала и вцепилась обеими руками в раскрывающийся от ужаса рот. Из её глаз потекли слёзы, но руки не давали ни звуку вырваться из глотки.

Я почувствовал себя последней тварью, но знал наверняка, только ещё худшая альтернатива в виде угрозы неминуемой смерти могла пересилить включившийся у неё инстинкт «драться или бежать».

— Иди к себе в комнату и сиди тихо. Полиция скоро приедет.

Она кивнула и быстро, пока я не передумал, шмыгнула обратно в свою обитель.

На этаже оставался последний охранник через один поворот от меня. Он сидел в кресле подле лестницы на второй этаж. Проход к нему шёл неудачно — длинное просматриваемое пространство, поэтому, призвав Удав, я спрятал его за спину и быстрым шагом двинулся в сторону бандита. Зря переживал, тот так увлёкся раскрытым на коленях порно-журналом, что поднял взор, только когда я приблизился на расстояние пяти шагов.

Громко, гораздо громче, чем я видел в детстве в фильмах, трижды грохнул пистолет, выплёвывая язык пламени.

Пороховые газы ударили в нос. Даже с такого расстояния первый выстрел ушёл в молоко. Второй пробил ямку над ключицей, третий — горло возле подбородка. С непривычки я держал рукоятку слишком мягко, а отдача у Удава — дай боже.

Мертвец завалился на спинку кресла, разбросав руки. При этом мне открылся вид на частично спущенные штаны. Рукоблудие на работе до добра не доведёт.

Быстрыми шагами взлетая по лестнице, я спрятал оружие обратно в Карман.

Надо бы кобурой озаботиться. Только вовремя подставленный щит спас меня от быстрой расправы. В него градом застучали частые выстрелы. Не автомат, но пара пистолетов точно. Присев, я целиком скрылся за щитом, ожидая, пока он снова изменит форму.

Бастион, как и шлем, позволял мне смотреть сквозь его металл. Но даже без этого свойства я мог бы наблюдать за окружением с помощью активированного Взятого следа. Сквозь преграду я видел, как две ошибки природы, стоя бок о бок, поливают меня свинцом.

Оружие они держали боком, будто какие-то американские гангстеры.

Дебилы.

Бастион задрожал и превратился в ростовой щит в духе римских скутумов. Под его прикрытием я побежал вперёд, с каждой секундой ускоряясь, пока адамант не встретился с хрупкой плотью. Тела на той стороне преграды отбросило, как из пушки. Развоплощая щит, я подпрыгнул и широкой косой прошёлся по лежащим телам, рассекая их на части. Лазарь не почувствовал сопротивления.