Одной крови. Вселенная бессердечна

Его жизнь превратилась в пытку, длящуюся мучительно долго.

Он будто смотрел невозможно нудный сериал, который от сезона к сезону становился всё скучнее и однообразнее, но не мог найти в себе силы прекратить просмотр и выключить телевизор. Но однажды это предстоит сделать.

Сестренка могла бы всё исправить. Снять эту боль, но лишь на время. Это для Нейта Лира – настоящий подарок судьбы, и шанс на новую жизнь. Шанс, чтобы стать лучше. Лишь бы он смог этим воспользоваться. И не просрал всё, как он умел, и любил это делать.

Марк забарабанил пальцами по рулю, обитому замшей, цвета кофе с молоком, не выпуская сигарету из зубов и в задумчивости поглядывая на вход в фамильный склеп Гилфордов. Ему тяжело было признаться себе, что радость от воскрешения сестры омрачается кое-чем еще. Он вспоминал кровь с привкусом корицы... и глаза цвета эспрессо.

– Я тоже рада видеть тебя, братик! – маленькое миловидное личико Лиры просунулось в окно, когда он докуривал уже третью сигарету, и нагло вклинилось в его мрачные мысли.

Марк выпустил последнее облачко яблочного дымка и погасил тлеющий окурок, просто стиснув его в ладони. Боль обожгла кожу на долю секунды, а потом он и вовсе забыл о ней.

– Боже! – воскликнул он, придавая голосу энтузиазма и выбираясь своего из Бьюика. – Ты ни капельки не изменилась! Выглядишь... отдохнувшей.

Сестра, недолго думая, заключила его в крепкие объятия. Волны медовых волос рассыпались по его плечам. Девушка задорно хихикнула, отстраняясь, и посмотрела ему в глаза. “У нее глаза матери – подумал он.

– Такие же зеленые и теплые, как листва на летнем солнце”. Воспоминания нахлынули внезапно, унося его сознание на многие года назад, в прошлое.

Яркий день, ароматные цветы в графском саду, улыбка Лиримеи, еще не познавшей боль и ужас. Её звонкий смех и воздушное синее платье с множеством кружевных подъюбников. Наставления отца, чтобы сын усерднее работал на благо семьи и поместья, в котором он родился, дабы почтить благородное семейство своим праведным трудом. И запах выпечки, которую мама подавала на завтрак.

Ему доставались крохи с господского стола, которые она украдкой протягивала в детские ладошки, но он и этому был рад.

Жизнь казалась прекрасной сказкой, особенно когда лучший друг подарил ему лошадь. Ту белую кобылу он назвал Снежинкой...

– Сколько прошло лет? – прошептала Лира в темноту.

– Почти двести, – ответил Нейт, незаметно оказавшийся рядом.

– Я помню всё, будто это было вчера. Но я видела вас, – она замялась, подбирая слова.