Системный приход 6: Орки, смерть и роботы

К слову, эти два с небольшим месяца гоблины, пусть и не сильно (из-за специфики их мира, сложных соперников и общего для всех миров ограничения на прохождение испытаний), но качались быстрее нас, и уже не за горами маячил тот момент, когда даже превосходство по особенностям и артефактам перестало бы иметь решающее значение.

Поэтому крайний срок исхода мы поставили неделю. На всякий случай вернулся через три дня — как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как они возводят новую стену и повсюду в крепости размещают клетки с десятками заложников — в основном человеческих женщин.

После этого у нас состоялось долгое и тяжелое собрание. Рассматривали все варианты — от того, чтобы вырезать всех гоблинов, до того, чтобы искать новый пик. Второй гуманнее, но мы вступили в слишком серьезную игру, и нам нужен был именно этот. Мы решили предпринять последнюю попытку договориться.

Устроили прорыв, я выкрал самого, на мой взгляд, крутого гоблина и утащил его из крепости. Это оказался не вождь, но достаточно высокопоставленный воин, чтобы за мной устроили погоню.

Когда я отпускал его, никакой уверенности в том, что план увенчается успехом, не ощущалось. А гоблинскую слюну смывать пришлось долго. Предложение было максимально простым — или мы всех их убиваем, или они находят пик, занятый машинами, на который готовы переместиться, и мы его для них вычищаем.

Входя через неделю в портал, больше всего я боялся увидеть сотни мертвых тел, но нет — из земли торчал деревянный столб, а на нем сколоченный из досок стенд с картой, датой атаки и посланием.

Все эти незапланированные перемещения сожрали большую часть наших запасов «Адреналина». Захваченные в рейдах пять сваражей никак не могли их компенсировать. Так что сегодня во что бы то ни стало нам предстояло закрыть вопрос с переселением гоблинов.

Выбрали гоблины сдвоенный пик, тот самый, на брате близнеце которого в «мире Испытании» поселился Павел Михайлович. Из-за близости его выбрали бывшие хозяева крепости, из жадности или в надежде, что нас там перебьют — не так важно. Главное, что у нас появилась возможность решить все, не проливая реки крови.