Янтарь рассеивает тьму. Том 1

— У него весенняя жизнь бьёт ключом в отличие от тебя.

Эриас ответил сухо:

— Не интересует.

— Ну конечно… — Сетх не поверил. — Я ещё понимаю Люция, он одной ногой женат – ему нельзя о таком думать – но вот тебя я не понимаю.

— Я и не прошу меня понять.

— Вы могли бы перестать обсуждать подобные темы? — Люциан посмотрел на Сетха. — Лучше представь меня своим друзьям.

— Ах да, — товарищ пододвинулся ближе к “родне”. — Дядя Варра, Билзи и Флойд, познакомьтесь, это мои соклановцы – Люциан и Эриас Мун, я вам о них рассказывал.

— О-о, так это вы предводитель отряда? — дядя Варра обратился к Люциану. — Рад знакомству. Я уважаю наших заклинателей, но к вам отношусь с особым почтением. Сетх многое успел рассказать о ваших заслугах, я благодарен, что вы так отчаянно помогаете нам.

— Не стоит, я ведь действую не один, — Люциан жестом указал на Сетха и Эриаса.

— Конечно-конечно, — согласился дядя Варра, а после поднял свою кружку и предложил тост.

Раздался стук деревянной посуды и алкоголь расплескался по сторонам. Юноши выпили, а после разделили со смертными трапезу за тёплой беседой и весёлыми шутками. Люциан почти не участвовал в разговоре, но чувствовал себя комфортно, наблюдая, как запально Сетх и Эриас обсуждали деревенскую жизнь и пытались переспорить дядю Варру, Билзи и Флойда.

Запах табака, вина и крепкого алкоголя норовил затуманить разум, но заклинатели были слишком крепкими, чтобы поддаться этому – за пару часов они почти не опьянели.

Задержаться в таверне надолго не получилось – во время празднования дня Бога Воды к сумеркам люди отправлялись спать, потому всем пришлось разойтись.

Покинув заведение, Люциан, Эриас и Сетх добрались до постоялого двора. Они поприветствовали хозяев и поднялись в комнату, где не обнаружили Абрама.

— У нас же был уговор, — Эриас скрипнул зубами и развернулся на выход.

Так как они хорошо знали блудного друга, то быстро почувствовали его энергетический след – он привёл к сеновалу в конце деревни. Там, в тишине и тусклом свете магической сферы, на стоге сена лежал всем знакомый ловелас и что-то шептал на ухо даме.

Абрам был красив.