Янтарь рассеивает тьму. Том 1

— Те камни… мы… мы действительно связаны. Мы – начала.

— Кто? — лениво переспросила девушка, чувствуя себя как-то странно, расслабленно и легко, будто после кувшина вина.

«Это походит на шок, который позднее обернётся истерикой». — Люциан нахмурился.

— Начала – великие сущности, они контролируют баланс. Это всё, что я знаю, — торопливо поведал Кай, оборачиваясь назад – видимо, он почувствовал приближение посторонних.

Элеонора вообще не поняла, о чём говорил возлюбленный. Она вроде услышала его, но в тот же момент не услышала.

— У тебя что-нибудь болит? — Кай вновь обратился к девушке.

— Нет.

— Ты можешь сесть?

— Если поможешь – наверное, сама я слишком устала.

Принц поджал губы, всё ещё не решаясь коснуться другого человека.

«Что за демонщина?» — Люциан пытался понять. Ему сейчас было так же тяжело, как и Элеоноре, хотя соображал он лучше, чем она. «Какие начала? Что за выдумки?»

Собравшись с духом, Кай протянул руку и, осознав, что их больше не отталкивает друг от друга – помог подруге сесть.

Элеонора увидела выжженную поляну и несколько кроличьих трупов: зверьки не успели покинуть зону поражения и сейчас медленно тлели, обращаясь в пепел.

— Это мы сделали? — девушка чувствовала энергию разрушения, пропитавшую землю.

— Да. Я должен проведать Ксандра, боюсь, ему сильно досталось. — Кай поднялся с колен.

Элеонора не смотрела куда он ушёл; она внимательно созерцала очернённую землю, которая будто перенесла прикосновение смерти.

«Что это… такое? — думал Люциан.

— Значит, они и впрямь связаны? Это объясняет, почему я вижу сны про их пару, но что за “великие сущности, контролирующие баланс”? Звучит слишком важно даже для заклинателей… “Сущности” – значит “не люди”? Но Элеонора и Кай определённо живые люди из плоти и крови, а не какие-то сущности». — У Люциана голова закружилась от домыслов.

— Что здесь происходит? — прозвучал старческий голос со стороны входа на поляну.

Девушка обернулась и увидела названного дядю Кая, который беглым взглядом окинул местность и мгновенно переменился в лице: это было выражение чистого восторга, потрясения и немого ужаса.

Элеонора не поняла, как на такое реагировать.

Рядом с названным дядей замер мужчина лет тридцати. Он был высоким и широкоплечим, больше походил не на аристократа, а на селянина. «Как он тут оказался? Кто он?»

— Дядя?… — послышался потрясённый шёпот тёмного принца, который помогал Ксандру идти, поддерживая за талию.