Янтарь рассеивает тьму. Том 1

Создать сковывающую печать несложно, но энергозатратно; если Морион не является демоном, они впустую потратят силы.

— Вы истощите себя зазря, если ошибётесь.

— Это стоит того. К тому же если мы втроём создадим печать, то успеем восстановить магические силы до прибытия в Асдэм.

— Вы всё равно не сможете удержать меня в этой печати, даже если её поставит сотня магистров. — Морион оскалился в неприятной улыбке.

— Но мы хотя бы попытаемся, когда ты окажешь демоном, — Эриас процедил сквозь зубы.

— Мы должны это сделать, — поддержал Сетх.

Люциан понимал, что слова товарищей не лишены смысла, но запирать бессмертного в магический круг – чересчур. Он чувствовал, что Морион не виноват и не хотел, чтобы его испытывали без доказательств вины. Владыка Луны пытался подыскать слова, чтобы всех успокоить, но бессмертный избавил его от этого.

Спрыгнув с меча и вынудив тот исчезнуть, Морион сказал:

— Хорошо. До ночи есть время, можете начертить свою печать и посмотрим, что будет.

Заклинатели переглянулись – никто не ожидал такой покладистости.

— Отлично, — хмыкнул Эриас, спрыгивая с искажённого единорога. Он подошёл к Мориону, достал божественное вервие и попросил: — Заведите руки за спину.

— Эриас, — предостерёг Люциан.

— Что? Стоит связать его, пока мы заняты печатью, разве нет?

— Владыка Луны так беспокоится обо мне, — промурлыкал Морион, глядя в глаза стража. — Если он и дальше будет волноваться о моём комфорте, я готов потерпеть боль от вервия.

Эриас презрительно фыркнул и начал связывать беловолосого засранца божественным вервием. Эти путы лишали сил кого угодно: хоть заклинателей, хоть могущественных демонов. Они появились во владениях клана Луны, когда один из бессмертных получил это оружие на озере Ши и, разделив на части, раздал своим соклановцам. Если вервием связать светлого мага, он просто лишится сил, но если тёмного или демона, то тот в дополнение испытает боль.

У Люциана руки похолодели, когда Морион согласился быть связанным. Заклинатели устойчивы к боли из-за тяжёлой работы, но приятного от её ощущения мало.

— Я могу развязать тебя, — произнёс он, когда Абрам, Эриас и Сетх принялись чертить печать.

Морион с насмешливым видом сидел на мягкой траве. Привязанный к стволу дерева, он наблюдал за чужой работой.