Янтарь рассеивает тьму. Том 1

— Какой же? Этот бессмертный увяжется за мной, не желая отпускать? В таком случае мне на руку понравиться вам, в отряде пригодится столь способный заклинатель.

— Вы так жестоки, — Морион цокнул языком. — Использовать чувства людей для того, чтобы сделать их своими рабами? В таком случае у нас ничего не получится, ведь я не люблю подчиняться.

Люциан пожал плечами.

— Всегда можно найти компромисс и остаться на равных.

— Конечно, но по моим наблюдениям все ваши компромиссы приводят к тому, что подчиненные перестают подчиняться и в итоге для исправления ситуации вам всё равно приходится вставать на ступень выше и играть в лидера.

— Вы намекаете на то, что я повторяю собственные ошибки? Но для меня предпочтительнее такое поведение, если оно дарует людям временную свободу.

— Временная свобода это как выпустить коня в поле, а после запереть в стойле. Однажды вкусившего свободу сложнее подчинить, разве не разумнее сразу показать, что его свобода – это вы, а не он сам?

— Эта позиция разрушительна для любых отношений.

— Не для любых. В вопросах управления целым кланом эта позиция гарантирует мир.

Люциан приподнял брови.

— Мы уже перешли к обсуждению политических вопросов?

— Вы этого желаете?

Владыка Луны отвёл взгляд и впервые за последние десять минут перестал смотреть в чужое лицо.

— Я желаю закончить беседу, — выдохнул он, чувствуя себя странно. Люц не понял, о чём конкретно они говорили и к чему это привело. Казалось, в каждой фразе Мориона был скрытый смысл, который улавливало подсознание, но сознание оставалось в неведении – из-за этой двоякости начинала болеть голова.

— Как вам будет угодно, — прозвучал спокойный голос бессмертного. — Ещё чаю?

— Нет, — Владыка Луны отставил пустую чашу. Он глянул в окно, прислушался к биологическим часам и сказал: — Я думаю, мы потратили достаточно времени на отдых, потому можно собираться в путь.

Когда Люциан покинул Мориона и зашёл за Эриасом, тот уже закончил медитировать и теперь выглядел чуть бодрее, чем после пробуждения.

Покидая постоялый двор, заклинатели наткнулись на дочь старосты; девушка вручила два завёрнутых в бумагу пирога. Абрам с радостью принял подарок и обаятельно улыбнулся, а потом ещё десять минут потратил на флирт, пока остальные ходили за тёмными тварями.