Янтарь рассеивает тьму. Том 1

— Может, у них найдётся рыбный пирог? Вставим в него свечку, чтобы я загадала желание!

Сетх и Абрам посмотрели на Эриаса как на дурака. Видеть, как товарищ говорит своими устами подобный бред, казалось событием из дурного сна.

Юноши тяжело вздохнули:

— Мы пойдём сделаем заказ. — Они поднялись с места и направились к разливной стойке.

— А у тебя есть возлюбленная? — тем временем “Эриас” уже ластился к Мориону.

Бессмертный поставил локоть на стол, подпёр ладонью щёку и повернул корпус в сторону одержимого.

— Нет.

— О-о! Значит, сердце этого бессмертного пустует? — игриво поинтересовалась Виола, подвигав густыми мужскими бровями.

— У этого бессмертного нет сердца.

— Возможно, оно просто заледенело и нужно найти ту, кто его растопит? — голос Эриаса звучал похлеще, чем у прокуренной кокетки.

— Как можно растопить то, чего нет?

— Если вы дышите и живы, у вас точно есть сердце.

— Мне больше сотни лет, думаешь, жизнь во мне поддерживает какой-то орган?

Бессмысленный диалог затянулся.

Люциан, молчаливый свидетелей этого фарса, мысленно сочувствовал лучшему другу. Он пытался придумать фразу, которая сможет прервать чужую болтовню, но, кроме «эй, не флиртуйте тут» — в голову ничего не шло.

Виола смолкла. Она смотрела на Мориона какое-то время, словно думала, как ответить на очередную занудную фразу, а после всплеснула руками и фыркнула:

— Ой, да что ты какой вредный! Неужели такому красавчику сердце разбили, вот он и превратился в каменную глыбу?

Морион усмехнулся.

— Единственный, кто разбил моё сердце – я сам. — Это звучало грустно, но из уст бессмертного вылетело как насмешка, словно он говорил невпопад – всё, что в голову придёт.

Виола приподняла брови. Она явно не понимала, как можно разбить сердце самому себе, потому решила счесть Мориона до одури влюблённым в себя человеком.

Люциан не стал задумываться над ответом, потому что понять мысли бессмертного выше человеческих сил… Его взгляд случайно пересёкся со взглядом Мориона, направленного через уголок глаза. Тот ухмыльнулся, а после вновь вернул внимание Виоле, которая уже что-то щебетала низким голосом Эриаса.

Этим вечером девушка совсем не вспоминала о своей смерти.