Сила, способная изменить мир: Предназначение

— Многие из этих «несчастных» сами же и заслужили такую участь, — Анью магией подманила к себе яблоко из корзинки и с хрустом вгрызлась в него.

— Довольно жестоко заявлять подобное, — жрец неодобрительно посмотрел на неё. — Все могут оступиться. Главное найти после смелость признать, что ошибся, и сделать всё возможное, чтобы это исправить.

— Что-то я не припомню никого, кто раскаивался бы в содеянном, — девушка пожала плечами.

— Это потому, что ты убиваешь всех разбойников и грабителей! — обличительно ткнул пальцем в колдунью мужчина.

— Ты никому не оставляешь даже шанса на раскаяние!

— Вы можете хоть сегодня не препираться на эту тему? — Силлиан скрестил руки на груди, переводя взгляд с жреца на колдунью и обратно.

— А я и не начинала. Это всё он.

— Ну знаешь ли! Могла бы проявить больше уважения к человеческой культуре и хоть раз сходить со мной в Храм. Сегодня же осеннее равноденствие! Именно в этот день, когда Свет и Тьма становятся равны по силе, Руфеон может услышать плач души, раскаявшейся в своих грехах, и даровать ей покой в Небесных Чертогах.

Поэтому жрецы всю ночь несут службу, молясь за несчастных, мечтающих о прощении.

— То есть можно грабить и убивать, а потом попросить о прощении и тебе всё спустят с рук? — Анью скептически смотрела на жреца, всем своим видом показывая, что его религиозные убеждения её не проняли.

— А ещё в эту ночь призраки и нежить становятся намного сильнее и нападают на незадачливых путников, которые не успели спрятаться в домах и тавернах до наступления темноты.

Поэтому эту ночь и называют «Ночь проклятых». Но порой даже крепкие стены не могут уберечь человека и тьма вторгается в жилище, собирая кровавую жатву, — Силлиан придал лицу загадочное выражение, стараясь развеять повисшее между друзьями напряжение.

Чародейка переглянулась с жрецом, очевидно не понимая, как надо реагировать. Аман сохранял невозмутимое выражение на лице, словно простонародные поверья были ниже его жреческого чувства собственного достоинства.

— Да ладно вам! Вы что, никогда не слушали страшные истории у костра в эту ночь? — король обводил друзей взглядом.

— Я рос при Леонхольском соборе Первозданного Света и эту ночь мы проводили в молитвах.

— Я вообще впервые слышу про такой праздник, — Анью пожала плечами.

— Аман, ну ты же должен был хоть раз слышать про «Шеакрийскую мессу»? — с надеждой в голосе спросил Силлиан.

Жрец нахмурился и поджал губы. Реакция была более чем красноречивая.