Сила, способная изменить мир: Предназначение

— Всё чудливее и странноватее… — задумчиво протянула Анью, отмахиваясь от очередного комара и продолжая путь.

— Ну, смотри, — она остановилась возле первой группы грибов.

— Что-то я не уверен. Пошли дальше.

Следующая группа грибов тоже была отклонена как не подходящая. Анью прихлопнула комара, решившего подкрепиться на её ноге, и направилась дальше в глубь болота. Спустя полчаса прыжков по кочкам, промокшие в вонючей воде ноги и искусанные комарами руки, нужные грибочки были найдены. Или Пэн просто смирился и выбрал хоть какие-то.

— А теперь нам надо собрать кое-какие травы, — бодро заявил мококо.

— Откуда у тебя вообще столько сил? — недоумевала Анью. — Ты сегодня побывал в плену у пиратов, а теперь таскаешься со мной по острову…

— В чём секрет выносливости? — Пэн снял с головы зелёный колпачок, почесал затылок и надел шапочку обратно. — Отличный вопрос! Самой главной причиной, по которой я могу поддерживать свою мужественность и неиссякаемый запас энергии, являются отличное здоровье и аппетит.

Анью удивленно хмыкнула в ответ на эту тираду. Вот уж чего ей не хватало в жизни, так это товарища по застолью… Да и само утверждение, что силу и выносливость малыш получает потому, что ответственно подходит к вопросу питания, конечно не было лишено смысла, но, тем не менее, не открывала секрета неисправимого оптимизма Пэна.

— Погоди, а не рановато ли ты о мужественности разговоры ведёшь? Ты же совсем ребёнок.

— Я не ребёнок! — возмутился Пэн. — Я мококо в самом расцвете лет! Вот скоро бургомистр перейдёт в совет старейшин и тогда я стану новым смотрителем Тортоика.

— Эммм… Я думала ты ребёнок, — смутилась Анью. — Ты же это… маленький.

— Ну знаешь! — мококо скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся. — С твоим ростом легко так говорить.

***

В котелке медленно закипала родниковая вода. Колдунья помешивала закипающее зелье, искренне надеясь на то, что её интерес не вылезет по итогу боком. И зачем ей вообще понадобился этот город? Солнце уже ощутимо клонилось к закату. Надо было возвращаться на корабль, хотя ни Буревестник, ни Игнис, оставленные на «Гордости Лютерии», не подавали признаков беспокойства.

Анью почесала след от комариного укуса на ноге. Потом ещё один в районе локтя.