Визерия. Путь на Север

Их ваши конники снесли быстро, две сотни и ещё четыре десятка трупов орков и гоблинов, победа была близка, но судя по всему кто-то вмешался, и этот кто-то был очень силён, — эльф показал на трупы людей, обожженные магическим пламенем и несколько воронок с оплавленной землёй, — варги, не меньше сотни были здесь, следов вокруг очень много. Я послал своих орлов на разведку, они скоро должны вернуться. Но самое странное это он, — эльф и командир прибывшего отряда подошли к лишенному рук человеку, который все ещё был жив и постанывал от боли, не открывая, однако, глаз.

— Ликар! — воскликнул Орондир, присаживаясь рядом с изувеченным мужчиной, — Что с ним?!

— Не знаю, это и пугает меня, — сказал Брегалад, положив руку на плечо своего давнего знакомого, — Мы не смогли его вылечить, какая-то магия наложена на него и её природу мы не знаем...

— Не дело это, заставлять его страдать! Не по-людски это... — покачал головой Орондир, он провел рукой по своим коротким темным волосам и, словно приняв тяжёлое решение, выдохнул.

Полутысячник вынул из ножен кинжал и быстрым движением вонзил его в сердце сотника, прерывая жизнь человека. Брегалад, смотревший в сторону башни, поздно заметил движение человека и попытался остановить его, но не успел и замер в ожидании. В его мозгу словно лопнула струна и все его чутьё кричало про опасность. Орондир же спокойно поднялся и убрал оружие в ножны, его взгляд выражал удивление и злость:

— Какого черта, Брегалад? Ты хотел, чтобы.

Договорить полусотник не успел, так как в этот момент произошло сразу несколько событий. Убитый только что сотник открыл глаза и сел, повернув голову к своему убийце. Глазницы мертвеца вспыхнули тёмно-зелёным огнём и его руки, лишенные кистей, протянулись к Орондиру, а символ-печать на его груди загорелась сначала красным, а потом зеленым пламенем и от него потянулось несколько сотен едва заметных линий, которые устремились к лежащим телам орков, людей и гоблинов.

Брегалад выругался и выхватил из ножен свой клинок, чтобы этим же движением снести голову пытающемуся подняться бывшему сотнику, неуклюже размахивающему своими руками.