Эльфийская сага. Изгнанник

Засвистели стальные топоры и наточенные до блеска клинки; на лезвиях блестели выбитые вязи эльфийских рун. От острых смертоносных копий не было спасения. Они кромсали, рубили, кололи. Лица защитников отражались в заточенных гранях и походили скорее на привидения, чем на регулярные войска. Темные эльфы же были бодры и быстры.

Второй посланец, взбежал на площадку, задыхаясь и обливаясь потом.

- Мой король! – Прохрипел он, забыв отдать поклон: – Исчадия взяли Бел’Дари! Южные ворота пали!

- Королева и мой сын укрылись в подземельях дворца, советник? – С непроницаемым лицом осведомился Аннориен.

Всю боль, что кипела в его сердце, он готовился выплеснуть на врага.

- Да, - кивнул он, вытирая копоть с лица. Имя его было Хегельдер Могучий Ясень.

Аннориен кивнул, взмахнул клинком и развернулся к лестнице, опуская забрало. Рядом шагал герольд. Над головой гордо реяло Белое Знамя с солнцем из золота.

Король вступил в битву, когда его подданные терпели страшные потери. Он нырнул в сечу, не щадя себя, и бился храбро и достойно, стоя плечом к плечу с простыми воинами.

Изранив нескольких врагов и получив ужасные раны, он был опрокинут и взят в плен вместе с другими защитниками. Как бы ни была крепка вера эльфов Верхнего Мира, и как бы неистово не пылал свет в их чистых сердцах - отбросить темную армаду им не удалось. Первая оборона, выставленная в надежде отстрочить падение города, продержалась семь минут. Вторая, вставшая стеной вдоль королевского дворца, выдержала натиск не дольше часа.

Улицы покрылись коврами изуродованных и изрезанных тел, хрустальные ручьи и чистейшие фонтаны скверов и парков покраснели от крови, воздух пропитался страданиями и смертью.

Объятый пламенем и залитый темноэльфийской сталью, город еще долго умирал в жестокой агонии. На стенах северной крепости заживо горели лучники, срывались и падали во рвы на острые колья, возведенные их же руками. В переулках и переходах захлебывались в крови женщины и дети, сметенные конницей врага. В домах задыхались старцы и младенцы, павшие жертвами ядовитого дыма.

Темные эльфы - рожденные воевать и побеждать, не оставили им шанса. Хрупкое равновесие меж мирами пошатнулось. Назревала новая война. Война Мира Рассвета и Мира Сумерек.

* * *

На безлесном холме держались три всадника. От эльфийской столицы их отделяло около полумили, но даже с этого расстояния они слышали отчаянные крики эбертрейльцев, и видели, как вымотанные, бледные и сокрушенные они сдавались и гибли в адском обжигающем пекле.