Охотники Горелых земель 2

И от отдачи отступаю на два шага. Как в стену зарядил.

— Уж лучше, – улыбается Гиз, держась за все же отбитый живот. – Продолжим?

И мы дальше деремся. Почти без перерывов – пауза в десять секунд после очередного ее и, реже, моего особенно сильного удара. Гиз ловкая. Гиз быстрая. Гиз прекрасно видит импульсы силы, векторы движения, на лету рассчитывает силу своих ударов, чтобы повалить меня на траву.

Я стал тяжелее. Хвостом компенсирую смещение центра тяжести. По усилению движения горячей крови волшебницы вижу, какой частью тела она ударит.

После десяти минут непрерывного боя забываюсь и, когда Гиз допускает оплошность, звучно щелкаю челюстями в миллиметре от ее носа. Волшебница в непритворном испуге отшатывается, но тут же берет себя в руки.

— Неплохо.

— Врагс-с не дрем-млет, с-с. Враг подл и ковар-рен. Я тоже ковар-рен. Буду ис-с-спольз-с-совать вс-се, что мн-не дан-но.

— Правильный настрой, – кивает Гиз и зловеще ухмыляется.

Справа от меня бьет фонтанчик земли, будто там разорвалась миниатюрная граната. Комья земли, уже осточертевшие за сегодня, бью в лицо и ослепляют. Полагаюсь только на теплозрение, но в бою его использовать куда труднее обычного.

Гиз налетает неожиданно, бьет поддых, по челюсти – щелкаю зубами, но не достаю, – по печени, награждает двумя ударами по животу. Отшатываюсь, думая, за что первым схватиться.

— Твои враги – волшебники. Они будут применять волшебство. Дерись, применяя свое.

Я рычу и из пасти пускаю в Гиз струю огня. Та уворачивается, но я уже тут и с силой бью ей в печень. Гиз охает.

— Примерно такс-с? – злорадно спрашиваю ее.

— Примерно, – отвечает Гиз. Внезапно чувствую, как сила тяготения потеряла надо мной власть – подлетаю в воздух, молочу руками, ногами и хвостом по нему, но не помогает. – Ошибка раз. Волшебство годится не только для отвлекающего маневра.

Волшебница замахивается, и я ничего не могу сделать.

Удар невероятной массы буквально вбивает меня в стену поместья.

— Ошибка два. Не все эффекты годятся для сверхблизкой дистанции.

Волшебница отпускает меня, и я неловко падаю на траву.

— На сегодня все. Завтра днем повторим. Гальза настоятельно рекомендовал натаскать тебя, и таскать по траве я тебя буду каждый духов день.

Я с затаенной радостью втягиваю чешую.

— Почему не он сам? – спрашиваю я.