Охотники Горелых земель 2

От мощных и ужасающе быстрых взмахов лап во все стороны летела чешуя – черная, похожая на кусочки антрацита, и серо-синяя, размером с ладонь. Чудовища нещадно драли друг друга, и я не удивился, когда на коже галгары воспламенилась его кровь, а в воздухе едко запахло акульей кровью.

Внезапно галгара исчез, а через кратчайшую секунду оказался за спиной у Дамиана. Раскрыв пасть так широко, что стало видно светящуюся оранжевым глотку, Гальза вцепился в левое крыло Дамиана. Единственный рог прочертил по коже роккулу кровавую борозду.

«Духи, они же убьют друг друга!» – мысленно воскликнул я.

Дамиан по-змеиному извернулся и несколькими взмахами исполосовал всю грудь Гальзы. Хлынувшее из ран кровопламя подожгло высушенную траву. Однако галгара не отпустил крыло, его это лишь раззадорило.

Сквозь щели между его клыками и кожей роккулу хлынуло пламя: инферниец пустил из пасти огонь. Рванувшись, роккулу высвободил крыло. Обожженная, разорванная клыками плоть повисла лохмотьями.

Махнув крыльями, Дамиан разорвал дистанцию и, изогнув шею, склонился над ужасающей раной.

За это время галгара успел опуститься на все шесть конечностей и, словно адская ящерица, прыгнул на роккулу.

Дамиан удивил – он на лету перехватил тело галгары, перекрутил его и с усилием приложил его о землю. Почву ощутимо тряхнуло, Лира, коротко взвизгнув, упала на пятую точку.

Океаниец повторил прием галгары – с силой вцепился ему в одну из верхних рук и замотал челюстями.

Гальза помотал головой и, на миг задумавшись, снова вцепился в крыло Дамиана. Пошло соревнование челюстей – чудовища сплелись конечностями, не давая противнику ранить себя. Невооруженным глазом было видно, как сильно Гальза сжимает челюсти. От его крови у Дамиана вся морда была в ожогах.

Гальза снова пропал и возник на небольшой высоте над Дамианом. Удар такой массы с такой высоты должен был переломать океанийцу все кости.

Роккулу задрал голову и изверг из пасти настоящий кипящий гейзер. Сила выстрела была такой, что инфернийца откинуло прочь. Гальза приземлился тяжело, грузно, пропахав собой глубокий окоп. Он тяжело встал. Я ахнул: вся грудь и две пары конечностей Гальзы безобразно разбухли от чуждой ему воды.