Легион павших. VI - VII Акт

Единственным, что выбивалось из строго упорядоченной картины, было поставленное на трибуну кресло, служащее подставкой для блюда. На этом блюде, лицом ко входу в трапезный зал лежала отрезанная голова. Вытекшая из нее кровь перелилась через позолоченный край и расплылась бурыми пятнами по бархатной подушке.

Тела, с которого сняли голову, нигде не было.

— Сидеть, — рыкнул Райз, когда Клык, облизнувшись, двинулся вперед.

Недовольно рыкнув, грив остался на месте.

— Это... послание? — предположила Кара.

— Похоже на то, — Райз первым направился к голове. — Те, кто все это устроил, знали, что мы придем.

Он приглашающе махнул рукой, и Къярт пошел следом.

Послание. Зов Крови не был им союзником, но это отнюдь не значило, что зачистившие убежище, им не враги. Ковены вполне могли явиться отомстить за потери в Троане. Выяснили, кто за всем стоит, и добрались сюда раньше?

Способов узнать о причастности Зова было два: из своих источников или из допроса Спека.

— Не думаю, что Осмельд имеет к этому отношение, — произнес Райз, предвосхищая вопросы.

Тот покосился на буквально преподнесенную на блюдечке голову. Мужчина, лет сорока на вид, с кудрявыми каштановыми волосами. На его лице не было ни гримасы ужаса, ни боли — он словно забылся безмятежным сном. Глядя на его лицо, так неуместно умиротворенное, Къярт не мог отделаться от мысли о расставленной на самом виду ловушке.

Разумеется, Райз читал его, как открытую книгу.

— Не бойся, — улыбнулся тот. — Чтобы ни случилось, я тебя вытащу.

Совсем немного помедлив, Къярт коснулся прохладного лба.

Жизнь этого некроманта оказалась на удивление не примечательна. Во всяком случае, Къярт не раз становился свидетелем куда более отталкивающих биографий среди тех же паладинов. Какая, однако, ирония.

Дни проносились одним за другим, складывались в года, чтобы в итоге сколлапсировать в центре идеально упорядоченной, выверенной, точно произведение искусства, а оттого еще более жуткой, инсталляции.

Время перелистывало страницы отнятой жизни, приближаясь к обложке.

Оставалась самая последняя ночь.

Волин шел коридорами убежища с парой книжек под вспотевшей подмышкой, когда перед ним возник неизвестный. Тот не материализовался из ниоткуда — всего лишь вышел из-за угла, но его появление оказалось для некроманта более, чем неожиданным.