Легион павших. VI - VII Акт

Къярт так и не спросил у него, что произошло на площади Троана, но догадаться, как именно пострадал Клык, было несложно. Семьвель не обладал силой, способной испепелить плоть и кость. У Райза таковая имелась.

Клык вернулся, когда до убежища Зова оставалось пройти последний перевал: выскочил черный, как ночь, и завился вокруг хозяина.

— Удачно поохотился, — с улыбкой заметила Кара.

— Да уж, удачно.

— Похоже, он вывалялся во всей грязи, которую смог найти.

— Это не грязь, — Райз провел ладонью по штанине, когда Клык, в очередной раз проскочив мимо, задел его ногу.

Грив довольно рыкнул.

Врата убежища Зова Крови сверкали в свете молодого месяца. Можно было бы только дивиться, почему некроманты не озаботились тем, чтобы сделать вход в их пристанище незаметным, но они озаботились. Внешнюю часть врат спрятали под холщовой, залепленной грязью тканью, и издалека ее было не отличить от скал.

— Разве двери были открыты, когда виторэ их обнаружили? — нахмурившись, Райз не отрываясь смотрел на распахнутые настежь врата и чернеющий за ними зев прохода.

— Нет.

— Они должны были следить за тем, кто входит и выходит.

Къярт кивнул и установил связь с наблюдавшими все это время за входом разведчиками. Вскоре он с некоторой долей растерянности сообщил:

— Они ничего не видели.

— Как они могли ничего не видеть? Когда врата открыли?

— Чуть меньше часа назад.

— Почему не сообщили?

— Они не..., — Къярт сам не был уверен в том, что собирается сказать. Он снова коснулся разума одного из разведчиков, чтобы все перепроверить, но ответ остался прежним: — Они не помнят. И даже сейчас находятся в полусонном состоянии.

— Призванные? В полусонном состоянии?

— Их тела живые, а значит, и заснуть они могут.

— Но уж точно не должны были в такой-то момент.

Райз пристально посмотрел на врата и велел:

— Отправь туда разведчиков — не тех, кто решил вздремнуть, — он на несколько секунд прикрыл глаза. — Я не чувствую внутри энергию духа.

Спек утверждал, что убежище никогда не оставляли без присмотра, но сейчас за каменной толщей не было ни единой души — ни живой, ни призванной. От постовых на входе остались только набитые костями доспехи. Два слева от врат, два справа — вот и вся охрана.