Легион павших. VI - VII Акт

При мысле о призыве Химеры бросало в дрожь, и Къярт не знал, чего боиться больше: того, что ничего не получится, или же наоборот.

— Къярт, проснись! Используй первую ступень — и у него не возникнет желания тебе навредить.

Кара пронзила Райза взглядом, но ничего не сказала.

— Ладно, ладно, я попробую! — выпалил Къярт и прижал ладонь к камню.

Соглашаясь, он не рассчитывал, что у него получится. И уж тем более не рассчитывал, что вместо изумрудных вод заводи, давшей прибежище тысячам душ, появится лес.

Окруженные сумеречными тенями деревья казались смутно знакомыми, но Къярт все никак не мог вспомнить, в чьем прошлом их видел.

Не имея иного ориентира, Къярт направился к нему.

Заросли отступили, и выложенная галькой дикая тропа привела на упирающийся в сизое небо скальный отрог. Подле разведенного на камнях костра лежали звериные шкуры: одна — сложенная в несколько раз, чтобы было удобнее сидеть, а вторая — расстеленная во всю длину, чтобы места хватило целой кипе игрушек.

Присев, Къярт отодвинул их и подобрал лежащие снизу листы бумаги. Снова птицы. Нарисованные неумело, совсем еще детской рукой, пусть и старательно раскрасившей перья на крыльях.

Къярт отложил рисунки в сторону и осмотрелся. Цветных карандашей нигде не было.

Опустив взгляд, он заметил под рубашкой свечение и торопливо расстегнул пуговицы: метки-привязки сверкали, точно звезды.

...Это один из горизонтов?

Къярт попытался размыть его очертания, заставить души показать себя. Все тщетно.

Он обошел стоянку по кругу, приблизился к краю отрога, осмотрел захватившие долину внизу заросли. Попытался еще раз — снова ничего. Вернувшись к костру, Къярт внезапно осознал, что не в силах не только как-либо повлиять на это место, но и вернутся в собственное тело.

Едва паника начала затапливать сознание, когда взгляд зацепился за пляшущие языки пламени.

Къярт протянул руку и рефлекторно отдернул: кожу опалило жаром куда большим, чем обладал обычный огонь.

Отшатнувшись, он смотрел, как пламя меняется. Языки становились толще, срастались, теряли четкость очертаний, становились ярче, превращаясь в сгустки света. Пламя стремительно разгоралось, сменяя рыжий тон на ослепительно белый.