Легион павших. VI - VII Акт

Горизонт был все так же черен, но эта чернота не спешила рваться в бой, за короткий срок понеся серьезные потери.

Спустя пару часов попытки штурма стены прекратились.

— Они нападут снова, — констатировал Къярт и посмотрел на затягивающее небо сизую дымку. — Может быть, ночью.

— В зависимости от того когда прибудет подкрепление, — Райз, все это время просидевший на стене, поднялся на ноги и теперь разминал спину. — Разведка не может прорваться к ним в тыл?

— Сейчас, когда их осталось всего пару десятков тысяч, виторэ могут облететь по дуге.

— Пусть слишком не высовываются. Было бы неплохо знать заранее, кто и в каком количестве придет к ним на помощь.

— Второй раз устроить западню не выйдет.

— Не выйдет.

— Как ты предлагаешь отбить следующую атаку? — впервые за долгое время Кара подала голос.

— Что-нибудь придумаю, — Райз улыбнулся в ответ, чем снова отбил у нее желание что-либо спрашивать.

После инцидента с Альной, Кара практически перестала разговаривать. Возможно, она злилась на Райза или таким образом выражала недовольство его действиями.

Но Къярт склонялся к мысли, что истинная причина молчания крылась в гложащем ее чувстве вины. Эта вина была косвенной. Но она все же была.

Альна в самом деле напала на Кару по личным причинам. Напала из чувства мести и безысходности, не в силах дотянуться до тех, из-за кого, еще будучи ребенком, лишилась отца и брата. Они оба работали в госпитале, в который доставили едва живую Кару, после того как на ее дом напал некромант, а ее саму, точно дичь, гнали умертвия-псы.

Твари приложили все усилия, чтобы их жертва больше никогда не смогла ходить — будто мало было того, что с ней уже сотворили.

Но отцу Альны, выдающемуся по меркам того времени хирургу, удалось восстановить разорванные сухожилия и мышцы, и провести операцию настолько безупречно, что Кара не только встала на ноги, но и не обзавелась хромотой.

Спустя пару дней тела отца Альны и его сына нашли изувеченными в паре кварталов от госпиталя. Так Альна, чья мать умерла, когда девочка и говорить не умела, осталась сиротой.

Вскоре ее приняли в Братство, под чьим крылом она и провела всю оставшуюся жизнь, каждый день проклиная последнюю из рода Далоран.

В итоге до Кары дошли слухи о том, что случилось с вылечившим ее врачом, и теперь у нее были все основания чувствовать себя причастной к гибели целой семьи, от которой со смертью Альны не осталось и следа. О чем Къярт не преминул аккуратно сообщить Райзу в надежде, что тот проявит хоть каплю понимания.