Бесконечное лето

А в сочетании с этими словами, пребыванием в каком-то незнакомом мире и глазами, пырившими на меня из некоторых кустов, звучало это довольно зловеще.

Добрёл я, стало быть, по подсказкам спутника, до поляны, на которой стояла избушка. Охотничья, судя по всему. Мыш, сказал, в ней заночуем спокойно, типа заколдована она, след наш тут не найдут, если кто сунется. И всё настаивал побыстрее заходить внутрь и запираться, пока не началось. Пошёл, я, значит, к нашему укрытию, но буквально пары шагов не хватило — началось.

..

Первая кровь

Яркая молния рассекла небо прямо над головой. Грянул гром. Взвыл пронизывающий до костей ветер. Ледяной, зараза, как у «Эпидемии» в третьей части её «Рукописи». Только воинов верных рядом не оказалось, увы. Как, впрочем, и дракона, так что ситуация паршивой покамест не выглядела. Не знаю, каким чудом мыш удержался у меня на плече — дуло так, что мой без малого центнер живой массы едва не сносило. Избушка, к заветной двери которой я уже был готов протянуться, просто исчезла под землёй.

Без спецэффектов, взяла и провалилась. А на её месте из-под земли вылезло нечто бесформенное и басом сказало... нет, не угадал, не антоновка, про антоновку вообще-то говорило кое-что вполне определённой формы... так вот, вылезло это и, сказав:

— Пошёл прочь, — взяло и исчезло под землёй, только провал и остался.

И тут же ветер стих, тишина, а я стою, как дурак, и эту дырень разглядываю. Разглядываю и думаю — что дальше делать, и кто в этом виноват. А тут ещё и наследничек с левого плеча не добавляет оптимизма:

— О-о-ой, плохи наши д-д.

.. дела, как есть п-п-плохи.

— Чем же? Морды лиц и прочие лапы целы, — парирую по своей привычке стараться унывать как можно меньше. — Имущество при себе. Ну, ночевать придётся, разве что, в палатке, а то и на свежем воздухе. И вообще...

— Что вообще? — перебивает меня мыш.

— Во-первых, ваше высочество, представьтесь.

— Э-э-э... мнэ-э-э... Валентиниан-Феодосий, пятый этого имени.

— Арсений Юрьевич, — называюсь и я.

— А во-вторых, Валентиниан-Феодосий, если вы целый портал между мирами соорудили, надругавшись над законами физики, может, сумеете сделать так, чтобы вот эти вот сосны, окружающие поляну, сложились в дом, в котором мы и скоротаем ночь?

— Ну-у-у, — мыш опускает голову и вздыхает. — Тут в чём дело, Арсений Юрьевич, не в ночлеге дело. Амулет, который делает носителя невидимым, в этой избушке лежал. Без него нам во дворец никак не попасть.