Империя 3: Воин

Поблагодарив за еду, я быстро собрался и уже в коридоре услышал, как Василиса, вплотную подойдя к Эве, тихо попросила сделать на всех. Ох, попал я. Нет, у меня-то ничего не повреждено было. А может, просто отрегенерировало за время, пока спал. Но стоило перекусить, и здоровье мое вернулось в норму.

Возле класса меня с процессией уже встречал Лекс, сильно похудевший, но при этом заметно более бодрый, чем вчера. Рука его хоть и перебинтована, но повязка была скорее номинальной, лишь два слоя тряпочного бинта, не более.

– Доброе утро, ваше сиятельство. – Здоровенный мужик с небольшой проседью в кроваво-черных волосах поклонился, стоило подойти ближе.

– И тебе, твое благородие. Как себя чувствуешь?

– Гораздо лучше. Признаться, в прошлый раз применение магии мне далось с трудом. Все же использование сразу двух контроллеров дается тяжело, – начал он сетовать на жизнь, – но я справляюсь. Кровь почти вернул под контроль, готов приступить к душе и жизни.

– Хорошо тебе, у меня пока практики не было. Посмотрим, что выйдет после обучения. А где остальные?

– Княгини пока нет, как и виконта. А представители эльфов и дварфов уже внутри. Надеюсь, вы понимаете, – тихо спросил барон, – что, давая обучение им, вы вручаете оружие для мятежа?

– У Длани достаточно силы, чтобы справиться с любым сопротивлением, – пресек я домыслы и опасения, – а вот лично мне армия не помешает. Как и безопасный проход напрямую до Дождливой крепости.

– Это вы верно подметили, у нас ее еще Плачущей называют. Там столько дней в году идут дожди, что камни будто плачут по погибшим на стенах защитникам, – ухмыльнулся Лекс. – Да к тому же говорят, в центре стоит хрустальная статуя. Она, мол, проклята, и сколько бы ни пытались ее снести – не могут. А перед каждым кровавым боем из ее глаз выкатываются красные слезы.

– Слухи, – неуверенно отмахнулся я, – в предзнаменования не верю, как и в призраков.

– Так то проклятье.

– В больнице, – пожал я плечами, – говорят, скоро поправится.

– А что случилось? – уточнил Лекс, чем поставил меня в тупик. Ну не говорить же ему, в самом деле, что мы полночи сексом занимались? Да и не его это забота.

– Все в порядке.