Кровь земли (Бастард-5)

. — выдохнул Ролан.

В голосе просквозила такая мука, что у девушки застонало сердце. Парень попятился, глядя на неё, остановился и выпалил:

— Я должен соответствовать! Иначе ты потеряешь лицо! Иначе я сам... потеряю лицо, перед собой.

— Я дам тебе титул, земли! Всё что угодно! Я уже отдаю тебе себя! — Почти закричала Луиджина, стискивая кулачки.

Тишина окутала кабинет, настолько густая, что стало слышно, как в коридоре ёрзает Сал. Ролан скривился, ладонь ударила по груди, сжала куртку.

— Подаренное величие ничего не стоит.

.. а богатство вообще не является величием. Оно только сопутствует. Просто подожди! И моё имя загремит по всей Империи! По всему миру! Тогда никто не посмеет насмехаться над нашим браком!

— Уходи.

Слово упало, как боевой молот. Ролан помедлил секунду, развернулся на пятках и стремглав вырвался из кабинета. Внутрь заглянул Сал, увидев лицо императрицы кивнул и побежал за приятелем. Луиджина вернулась за стол, упала в кресло, накрыла лицо ладонями и простонала:

— Какой идиот... — выдохнула, хлопнула ладонями по столу и запрокинула голову, — хоть и верно говорит, но каков идиот!

***

Императрица сидит на троне с кубком вина, принимает поздравления и хвалы.

Сал стоит за спинкой, готовый перехватить любую атаку. Хотя никто не решится в открытую атаковать.

Вскоре праздник перебрался на вечерний двор, в окружении ламп и кристальных светильников. Играет весёлая музыка, а на помостах выступают актёры и акробаты. Начинаются танцы, по хмельному удалые и яркие.

Дворфы закружились в подгорном танце, гулко хлопая в ладоши и топая.

Степняки затянули гортанные песни, пока высокая женщина ведёт плавный танец, больше похожий на поединок против тени.

Луиджина воссела в плетёном кресле и по очереди выслушивает послов. Пусть и праздник, но день рабочий. У правителей не бывает выходных.

***

Когда малая луна спряталась за большой, а гости начали расходиться. Луиджина взяла Сала за локоть, отвела в сторону и мрачно взглянула в глаза.

— Где он?

— У себя. — Уклончиво ответил кузен.

— Его сейчас лучше не трогать... тебе. Станет только хуже.

— Каков идиот... — в который раз выдохнула эльфийка.

— Уязвлённая гордость, она такая. — С виноватой улыбкой сказал Сал, потирая серебряную кисть. — Особенно у молодых.

— Говоришь так, будто сам уже поседел. — Беззлобно фыркнула девушка.

— Нет, именно поэтому я его прекрасно понимаю. Сам такой же дурак.

Луиджина закатила глаза, кивнула чему-то и сказала:

— Вызови ко мне казначея, а после иди к Ролану.