Костяная корона голода

У Сэма сложилось впечатление, что эту стену и внешнюю строили разные люди. Ещё его удивила массивная железная решетка, зубья которой, похожие на копья, торчали сверху.

Как и около внешней стены его никто не стал задерживать — лишь мазнули равнодушным взглядом по знаку Лиги и продолжили заниматься обыском торговых телег. Парень решил не вмешиваться в дела стражи и просто прошел внутрь, чтобы увидеть ровные линии улиц, невысокие, но основательные дома с какими-то хитрыми материалами в окнах. Почти на каждой улице стояло по два, а то и три фонаря с земляным маслом.

А улицы были достаточно широкими, чтобы по ним проехали две телеги или кэба.

Чем ближе к центру города Сэм пробирался тем сильнее закипала жизнь. Жители сновали туда и сюда то и дело скрываясь в придорожных тавернах и пабах. Громко стучал кузнечный молот. где-то матерился пьяный сапожник, ругая какую то кривоногую ведьму. Один раз он даже встретил отряд городской стражи, который гнался за незадачливым воришкой.

Ближе к центру города горожан в потертых засаленных и черных одеждах сменяли благопристойные джентльмены в чистых костюмах, ведущие барышень в пышных одеяниях под руку.

единственным отличием этих жителей от жителей других городов была неестественная бледность и болезненная худоба. Некоторые горожане время от времени присаживались на расставленные тут и там скамейки чтобы перевести дух. Сэма они провожали взглядом со смесью удивления, надежды и застарелой боли. Ничего удивительного — обычно местные жители маленьких городов знают друг друга в лицо.

Когда через двадцать минут Сэм добрался до центральной площади он понял насколько маленьким на самом деле был городок. Здание мэрии поражало своей монументальностью. Это было большое, по местным меркам, здание выложенное из больших хорошо обработанных каменных плит с маленькими окнами, застеклёнными двухцветной мозаикой. Ставни на окнах казалось были вытесаны из мрамора и имели странный механизм. Нисколько не сомневаясь, Сэм преодолел широкие низкие ступени и вошел внутрь.

Внутри его встретил полумрак. Витражные окна давали не так много света как хотелось бы, а на масле явно экономили, наверное, считая что в приемной света вполне достаточно. Помещение было пустым и немного мрачноватым, а покрошившаяся штукатурка создавало впечатление запустения.

Пройдя во вторую дверь он обнаружил вполне уютный коридор ярко освещённый масляными лампами с многочисленными дверями и узкими деревянными лавочками стоящими возле стен.