Шумному Богу молиться

Она лишается своего тела и лица, своей плоти, превращаясь в новое, слепленное и воссозданное кем-то совершенно заново.

Потирая бороду, мельник Фрол налил себе в отведенный для особой трапезы чашу-бокал привезенное накануне вино. По причине неосведомленности и полного отсутствия на Руси в ту пору подобных напитков, он не понимал конечного эффекта и результата. Сначала, осторожничая, пригубил, распробовал, а затем залпом выпил забродивший и изрядно набравший градусов винный напиток. И сразу же зачерпнул еще из проклятой бочки.

В этот момент корабль, собрав еще десяток душ, продолжал следовать ранее запланированным маршрутом. Справедливый и праведный суд происходит на корабле, который и называется «СУДном», то есть местом, где в «судный день» развертывается поединок добра и зла. Корабль – это некое вместилище, наполненное мертвыми, которые в процессе «суда» спасаются, обретая покой, либо в странствиях умирают.

Мельник хотел стабилизировать помутневший рассудок и, прикладывая значительные силы, попытался встать из-за стола.

Ему это не удалось. Сразу же его повело в сторону. Он, падая, уронил со стола рубе?ль – деревянную доску с вырубленными поперечными желобками для катания белья. Фролом он использовался для выделки, накатки кожи.

Материю либо кожу вручную наматывали на валик-скалку и раскатывали рубелем, отсюда и пословица: «Не мытьем, так катаньем».

Подлетевший от навалившегося на него мельника предмет сбил висящую над столом свечку. Та упала и покатилась по полу.

Пламя, колеблясь, затухло, а затем с неведомой силой вновь вспыхнуло ровно в том месте, где беглец ранее пролил горючее масло. Из-за чего лишился жизни.

«…Касьян слышал, как глухо, будто мельничный жёрнов, погромыхивал в избе рубель…», – напишет позже наш современник Евгений Носов в повести «Усвятские шлемоносцы».

Мельник этого стука уже не услышал… Вино лишь ускорило выгорание, протекая из бочки и пропитывая своим зельем тело уже мертвого Фрола.

Пламя сначала нехотя начало распространяться по уже впитанному в пол маслу.

Затем, ощутив силу и власть, оно проникло между плотно уложенных бревен и охватило пожаром мельницу, выжигая изнутри.

К сравнению: если температура, которая поразила внутренним алкогольным ожогом сознание мельника, составляла восемь–десять градусов, то тело и «внутренние органы» мельницы полыхали, выдавая температуру горения от восьмисот до тысячи и выше, так как строится мельница из твердых пород дерева.