На стороне зла

Солнечные лучи упали на остатки города, где теперь даже нельзя было разобрать прежние очертания улиц. Куда не глянь – везде бугристый склон из камней, брёвен, досок и щебня. Редкими островками в этом море поднимались уцелевшие дома, точнее их обломки, что торчали из пятнистой массы.

Волна из крошева докатилась даже к порту и там утекла в воду, похоронив под собой причалы. В зеленоватой воде виднелись остатки крыш и куски стен, а на них качались солнечные блики. Затонули и многочисленные корабли с лодками, что обычно толкались в заливе.

Теперь от них торчали только мачты. На руинах уже обосновались чайки – назойливые птицы летали между завалов, выискивая для себя что-нибудь интересное.

Отвернувшись от всего этого удручающего зрелища, Валера полез следом за орками, карабкаясь по обломкам наверх. Когда он подобрался поближе к королевскому дворцу, то стало ясно, откуда бегут все эти потоки воды. Крепостные стены рухнули прямо в ров, который тоже разрушился, выпустив всю воду на руины города.

Подъёмный мост тоже разлетелся в клочья, зато к дворцовым вратам можно было подобраться по стене рухнувшей на бок башни.

Однако Чизман вдруг направился куда-то в сторону, внимательно приглядываясь к обломкам.

- Эй! – вдруг воскликнул он и поманил к себе пару орков, - давайте-ка сюда! Помогите!

Затворник косо глянул на него, словно намереваясь что-то сказать, а потом махнул рукой и зашагал в сторону дворца, забрав с собой остальных серокожих.

Валера же не стал спешить за ним, а направился к Комарову.

Тот вытащил на свет из-под завалов какую-то цветастую тряпку, всю покрытую грязью и пылью. А когда орки раскидали обломки по сторонам, два товарища увидели лежащее безжизненное тело.

- Кто это? – хрипло спросил Валера.

- Думаю, - Чизман пригнулся и схватил голову мертвеца за волосы, - что это Генрих Лирский. Похоже, отсюда он руководил всем этим… хаосом. И получил по заслугам, - он поднялся и показал парню окровавленную и смятую золотую корону.

- Мало он получил, - ответил ему тот, - нужно было, чтобы помучился!

- Может быть, может быть, - проворчал Комаров, а затем размахнулся и метнул корону вниз. И та поскакала по камням, жалобно зазвенев.

Не став разглядывать мёртвого безумца, они осторожно перебрались по башне на дворцовую площадь и вошли внутрь самого дворца.

Хоть стены его до сих пор стояли, внутри была полнейшая разруха.