Холодный север

Вдоль стены набиты полки одна над другой, будто бы в каком-то подвале. Вот только почти все они были пустыми, что выглядело довольно странно. Всё-таки сейчас стояла зима, и запасы у старика должны были быть большими, чтобы хватило до лета, если, конечно, оно тут вообще бывает.

Тот довёл их до самого дальнего угла, где прямо на земляном полу валялись какие-то мешки и пара тяжёлых бочонков.

- Вот, давайте! – старик показал на них, - ты, помоложе, бери вот этот мешок! Уж хлипкий ты больно, а тебе бочонок! Только осторожно! Не урони! – начал распоряжаться он.

Валера схватил мешок и закинул на плечо. Какой-то слишком фамильярный тон был у этого отшельника, никакого уважения. Но он хотя бы принял путников, а не прогнал прочь.

От серой ткани приятно пахло хлебом и чем-то копчёным. Парень протиснулся мимо старика и вышел в комнату.

Дверь на улицу была немного приоткрыта, а внутрь задувал холодный ветер.

- Ух, - отшельник выглянул из кладовой и бросился к ней, - совсем не держит! – он с силой захлопнул створку.

- Чего это там? – Чизман притащил бочонок и поставил на стол.

- Бурун шумит, - протянул ему хозяин, - видать, холода идут, вот он и нервничает!

- Не замёрзнет он на улице-то?

- Потерпит! Шерсть у него хорошая, - криво усмехнулся отшельник, - да и сам он привычный!

Он шагнул к столу и, забрав у Валеры мешок, принялся доставать из него еду.

- Сейчас ещё подогрею вам мёда, - заявил старик и снял с полки старый запылённый ковшик. Чизман помог ему налить в него пенного напитка из бочонка, добавить трав и поставить всё это на огонь.

- Хлеб сам печёшь? – спросил вдруг Комаров.

- Нет, это из деревни, что неподалёку, принесли! – махнул рукой хозяин, - поддерживают старика.

- Понятно, - протянул тот, усаживаясь обратно.

Варево получилось вполне сносным, хотя изначально Валера подумал, что вкус у этого напитка будет отвратительным. На закуску они нарезали себе окорока и хлеба, а затем принялись есть.

Сам отшельник почти ничего не брал, только сидел рядом и смотрел на своих гостей. Перекусив, те принялись рассказывать ему о своих странствиях. Правда, им пришлось немного скорректировать повествование, чтобы не сболтнуть лишнего.