ЧОП "ЗАРЯ"

Смотрелось жутковато — морду с лапами он не поднимал, первой вверх шла горбатая спина, и только уже потом он сам.

А потом его начало ломать, с хрустом дернулась лапа. Вроде выправить хотел, но перестарался — ее выгнуло в другую сторону. Потом передние лапы с судорожно сжатыми когтями начали хрустеть, дошло и до шеи — ее выгнуло совсем уж неестественно. При этом деймос не издавал ни звука, только сухие щелчки суставов.

— Гидеон… — я позвал его вкрадчивым шепотом, пытаясь перебить поток претензий.

— Захар мне всю плешь проес… — Гидеон осекся, обернулся и побледнел, — Бежим.

Он сейчас оборачиваться начнет в боевую форму.

— В смысле?

— В прямом, это же оборотень!

Глава 13

— Бежим, говорю! — потянул меня Гидеон к проему, из которого он пришел, — Нам сейчас ее не одолеть.

— Ее? — я явно притормаживал. Факт, что это не просто, пусть чересчур уродливый, но волчонок, который, обернувшись обратно, должен нагишом бегать и стыдиться людей, а неведомая хрень, дался мне тяжело.

— Да, это самка, — священник впихнул нас в узкий проем, сделал какие-то пассы в сторону зала, будто перекрестил, и что-то рассыпал за нашей спиной, — И ты, похоже, убил ее хахаля.

— И что? Мы просто так убежим? — я поддал скорости, увидев черную тень, появившуюся в проеме за спиной, — Сзади оставим?

— Пока да, — пыхтел Гидеон, — Потом вернемся и добьем, я на нее маячок повесил. Ходу давай, там поворот скоро, а за ней решетка.

Поворот я пролетел. Под вопль Гидеона меня занесло в обратную сторону, я ухватился за край стены и увидел, что именно нас преследует.

Торс с руками практически не изменились, кожа стала гладкой и отливала металлическим блеском. А вот голова с ногами изменились кардинально. Ног я вообще не увидел — все, что ниже колен было окутано черными сгустками тумана. Казалось, что тварь левитирует, медленно, но настойчиво плывя над землей.

Голова выглядела так, будто в момент превращения какой-то шутник, схватил оборотня за уши, стянул их, а потом завязал на затылке. При этом глаза и нос натянулись куда-то на макушку и пропали из виду, и вместо лица осталась только клыкастая челюсть.

Практически идеальный зубной частокол прерывался только в одном месте, в том, куда в первый раз прилетела моя дубинка.

— Давай скорее, — крикнул Гидеон, пытаясь сдвинуть старую, проржавевшую решетку, чтобы перекрыть проход, — помощь нужна.

Жуткий скрип эхом разнёсся по коридорам, но мы справились. Захлопнули решетку и пинками затолкали проржавевший засов.