ЧОП "ЗАРЯ"

Метрах в пятидесяти впереди в лунном свете блестели высокие кованые ворота, за которыми виднелся широкий двухэтажный дом с толстыми колоннами.

Вокруг практически стеной стояли высокие деревья, привычный и для моего прошлого мира смешанный лес. Пахло хвоей, мокрыми листьями и чем-то незнакомым, но приятным. Звуки тоже типовые — ветки скрипят, шуршит что-то.

Ничего необычного. А мне словно хотелось уже понять, с чем придется столкнуться. Хоть какой-то намек и желательно кроваво-необычной и запредельно страшный намек.

Потому что неизвестность нервировала, а мысли и предположения мешали сосредоточиться. Уже нужно было столкнуться с действительностью. Испугаться, переосмыслить и принять как неизбежное. Чтобы в дальнейшем действовать эффективно и сконцентрировано.

Когда все были готовы, Кравец быстро повторила вводные Номадам, но что-то пошло не так. До нас донеслось громкое шипение, вроде как и пытались шептать, но на повышенных тонах. Номады качали права, а Кравец безрезультатно пыталась поставить их на место.

— Кравец, никакой дележки пополам, слышишь. Мы пахать за этих слабаков не собираемся, — мужик как-то неоднозначно посмотрел на нас с Гидеоном, а потом неопределенно махнул рукой в сторону поместья, где предположительно была первая группа. — Каждый забирает то, что убил сам. Это ясно? Или мы сваливаем, а вы тут сами разбирайтесь.

— Рагнар, вот зарекалась же с вами связываться, — Кравец повернулась к нам, — Гидеон, ты не против?

— Ха, да я только за, — усмехнулся святоша, — А то развелось дармоедов.

— Ты кого дармоедом назвал, старый? — Рагнар набычился и пошел в нашу сторону.

Я вдруг понял, что в чем-то Рагнар может быть прав. По орденскому рейтингу наш ЧОП сейчас вообще никто в сравнении с другими отрядами. Сестры Кравец в общем зачете триста седьмые, а в индивидуальном и того выше. А Номады еще почти на пятьдесят мест выше. Куда там нашей шестой сотне?

Посмотрел на разозленного быка, на его возбужденных от возможной драки помощников, потом на скучающего Гидеона.

— Хватит херней страдать, — из люка броневика вылезла Дарья, передернула затвор пулемета, направив его на Номадов, и улыбнулась, — Все равно моя доля будет самая большая!

Либо пулемет, либо суровое обаяние младшей Кравиц, а, может, здравый смысл, но конфликт закончился, так и не начавшись.