ЧОП "ЗАРЯ"

— А ты детали знаешь?

— Не было меня там, — чересчур резко ответил священник, — Убил он всех. Вообще всех и себя. Даже духов не осталось, чтобы допросить.

— И что бы ты делал на моем месте?

— Ищи способ вернуться домой, здесь тебя затравят или судьбу отца повторишь. Знал я твою бабку, кем — кем, а дурой она никогда не была, что бы там Гордей про нее не думал.

— Мда, — не на такой совет я, конечно, рассчитывал, но уже хоть что-то.

— Не спи, приехали. Держись меня и никуда не лезь, это понятно?

Я кивнул.

И то скорее на автомате, потому что все мое внимание переключилось на город, к которому мы подъехали. Пройдя по задворкам от импровизированной парковки, мы вышли на широкую мощеную улицу, и я немного подвис. Не стесняясь, разинул рот и стал вертеть головой.

Город Белый Яр — свободный с точки зрения дворянства, небольшой (тысяч пять постоянного населения). Российская глубинка как она есть. И, в принципе, даже сейчас такое можно найти в моем «московском» мире. Я, по крайней мере, подобное наблюдал в современном Звенигороде.

Один-два этажа с мансардой, бледные, розовые или голубые краски, куча белой лепнины в виде арок, наличников или фальшивых колонн — в том мире, такое называют историческая часть города. А в этом мире — это и есть город.

Людей было не особо много. Женщины в юбках, тонких осенних тулупчиках и шляпках прогуливались и глазели на витрины, какие-то работяги собирали строительные леса, кто-то мыл витрину, а кто-то просто курил, в ожидании покупателей.

На лошадях проехал патруль местных стражей порядка. Белые кителя, сабли на боку, у одного была кобура под револьвер.

Одежда на всех довольно старомодная, но видно, что крепкая и качественная. По моим прикидкам в «московском» мире так могли одеваться в прошлом веке, как и в двадцатом году, так и пятидесятом.

Машины такие же: от аналогов первых «Фордов» до парочки «горбатых запорожцев» — наш Уазик по сравнению с местными казался вершиной футурологического дизайна. Хотя интерес вызвал только у стайки мелких пацанов, играющих монетками в чику.

У меня глаза разбегались от обилия рекламных вывесок с дополнительным твердым знаком на конце и странные написанием буквы «Е»: «Трактиръ», «Молочная торговля Акмолинскихъ фермъ», «Телеграфъ», «Кладовая галантерейных товаров», «Кожевенная торговля», «Табакъ», мануфактура такая и сякая, большинство с инициалами и фамилиями.

Вывески плюс-минус были однотипные — черные буквы на белом фоне.