Мясо для прокачки наносит ответный удар

Никто не сбивался в кучки, все сидели отдельно друг от друга.

– Простите, но мы должны знать, – наконец скованно заговорил Гоблин. – Прежде чем Маг расправился с нами, кому-то удалось сразить сородича в драке. У всех всё ещё первый уровень?

Он с робкой надеждой оглядел гоблинов, но ответа не получил.

– Понятно… Ну… это… сородичи… Есть ещё идея… Нет-нет-нет! – Гоблин примирительно поднял руки, когда все бросили в его сторону яростные взгляды и сжали кулаки. – Драться не придётся! Вообще. Надо признать, что в этом мы не мастера.

В Пещеру пожаловал дворф, облачённый в чешуйчатый доспех дрянного качества. В одной руке круглый деревянный щит, а в другой кузнечный молот. Этого героя гоблины знали как Танка – неповоротливый тип, по которому попадают почти все атаки. Вот только никто из зеленокожих не смог бы вспомнить, что хоть разок пробил его защиту. Танк воистину неуязвим.

Но гоблины рассчитывали не на обычное оружие. Они приготовили куда более изощрённую атаку: ментальный таран, что сокрушит волевую броню и проникнет в самые глубинные покои разума, разорвёт его в клочья, заставив позабыть обо всём и смертельно скорбеть от внезапного осознания тщетности бытия.

У гоблинов получилось засадой ввести в замешательство Разбойницу. Получилось непреднамеренно озадачить Мага.

Однако всё это не идёт ни в какое сравнение с тем изумлением, что испытал Танк, узрев перед собой ряды гоблинов, исполняющих однообразный, но единый танец. Положив руки друг другу на плечи, зеленокожие синхронно (во всяком случае, пытаясь соблюдать синхронность) и попеременно совершали махи вперёд то левой ногой, то правой.

Не меньше минуты поразившийся Танк осматривал чудаковатую сцену, а затем осторожно двинулся вдоль гоблинских рядов, неотрывно следя за ними.

– Держитесь, болваны, – выдавил из себя Гоблин, отметив, что сородичи успели запыхаться и всё чаще сбиваются с такта.

Дворф неспешно обошёл танцоров, но агрессии не выказывал.

Хоть в тот раз между сородичами завязалась драка, он успел заметить как Мага, так и его замешательство. Обдумывая последние мгновения той жизни, Гоблин пришёл к выводу, что героев можно надолго сбить с толку, если показать им нечто необычное, а ещё лучше – противоречащее здравому смыслу.