Наставник

- Эй ты, ублюдок, - вежливо обратился Хальгрим к рабу. – Убирайся.

Дыхание под кроватью оборвалось.

- На кухню сходи, - велел Миха, понимая, что человеку страшно. Приказ-то быть при Михе он получил не от Хальгрима. – Принеси еды.

Есть и вправду хотелось. Пусть чувство голода было не таким всепоглощающим, но было. И Миха от позднего – судя по темноте очень позднего ужина – не отказался бы.

- Вот-вот. Принеси. А ты пей. Доброе вино. Мне с островов везли. Только там и умеют, чтобы сладкое, да без приторности.

Вино было густым и тяжелым, и сладковатым.

Отравить хотят?

Хальгрим тоже пьет. Правда, это ни о чем не говорит. Мог яду в кубок подсыпать. Вона сколько перстней на руках. А Миха, пусть он бесконечно далек от истории, слыхал про такие перстни, в которых тайник и яд.

И про отравленные кубки.

И вообще фантазия у местных изрядная, так что, пожелай Миху отравить, точно отравят.

- И не боишься, - сделал вывод Хальгрим.

- Есть чего?

- Я могу тебя убить.

- А я тебя, - пожал плечами Миха. – Надо ли?

- Вот и мне хотелось бы понять. Баба не удержит замок. Мальчишка мал и слаб. За ним не пойдут. Может, конечно, старшие и будут держаться клятвы. Дворня опять же. Но уже пошли слухи, что круги на воде.

Хальгрим допил вино и с грохотом ударил кубком по столу.

- Не понимает, дура! Что они будут делать, когда перед воротами ватага появится? И ладно, если сброд какой? А если настоящие искатели удачи? Есть такие, кто и сотню, и две под стяги собрать способны, когда добыча хорошая ожидается.

- Стены высокие, - дипломатично заметил Миха. И мысленно подавил вздох. Про средневековые войны он тоже знает лишь то, что они были.

И кровавые.

- Стены… высокие… это да. Только там, - Хальгрим мотнул головой. – За стенами люди. Селяне. Под бароном сколько сел было?

- Понятия не имею.

- Вот. А я тебе скажу. Под две дюжины, от совсем мелких до крупных, в иных и торг свой имелся. И людишки у него сытые, а стало быть, взять будет чего.

И снова в Миху вперился, словно ждал. Но не дождался.

- Они сперва по селам пройдут, на прочность пробуя. И поглядят, как там барон новый, справляется али нет. Пограбят. Пожгут. Народишко угонят, небось, крепкие рабы всегда нужны.

Дверь беззвучно приоткрылась, впустив Миару с подносом.

- Доброй ночи, - сказала она очень-очень тихо.

И Хальгрим крякнул.

Нахмурился.

- Магичка. Не спится?

Она молча поставила поднос на стол.