Наставник

- Может, мне проще вас вернуть? Обменять вот на какого-никакого целителя? У твоего брата, глядишь, и отыщется кто подходящий? Ему вы. Мне – целитель и благодарность…

А вот теперь она разозлилась. Ишь, глаза полыхнули пламенем. Будь у Михи нервы послабее, отшатнулся бы. Но местная жизнь как-то психику закалила, что ли.

А может, Дикаря стоило поблагодарить. Даже не дернулся.

Но главное, что вариант-то реальный.

И брата своего она по-настоящему боится, не так, как Миху. Наверное, и вправду чует, что Миха добрый, что претит ему убивать вот так, без причины.

И с причиной претит.

- Не делай так, - попросила Миара, опустив взгляд. – Пожалуйста. Это… и тебе не выгодно. Меня Теон использует. Не знаю как. Во благо рода.

Эти слова она выплюнула.

- А вот Винченцо он убьет. Сперва выпотрошит. Вытащит все, что он знает. И убьет. Потом же придет сюда. И не оставит в этом замке живых.

Миара говорила тихо и спокойно. Но вот Миха почему-то поверил.

- Зачем ему это?

- Затем, что… в мир давно уже не выходили вещи Древних.

Не знаю, был ли мой отец в курсе, или старый барон скрывал. Или они договорились, что куда вероятнее. Отец был достаточно умен, чтобы понимать, что не все тайны стоит тревожить. А вот Теон другой. Он узнает о вещах Древних, что избрали хозяином обычного человека. И признали право за другим человеком, касаться их. И о самом этом… другом человеке. Слишком необычном, чтобы не обратить на него внимания. И о девочке из мешеков, которая умеет возвращать мертвецов. Видишь, сколько причин сюда заглянуть?

А ведь не врет.

Точно не врет.

И главное, каждое слово в Михиной душе отклик находит. Кто бы ни был этот самый Теон, он ведь не один. И… и погано.

Очень погано.

- Хорошо, - Миха откинулся на спинку кресла и поглядел на магичку. А она выдержала его взгляд. – Что ты предлагаешь?

- Женись на мне.

- Ты… - Михе показалось, что он ослышался. – Совсем долбанулась?

Глава 5

Глава 5

К замку де Варрен до заката добраться не успели. Ирграм помнил остаток вечера. И то, как шел он за жрецом, пытаясь не отстать, тяжело переставляя ноги, ибо сила вновь ушла, а он ощутил себя более человеком, чем когда бы то ни было.

И ночью шли.

И спешили.

И в какой-то момент Ирграм просто потерялся в черноте леса. Но продолжил идти. А потом очнулся, осознав, что лежит на влажных мхах. Одежда промокла. Пахло пряной лесной подстилкой и еще слабо – цветами. Над ним клубился туман, и в этом тумане слышались голоса.

Много голосов.

Вот смех. И смеются над Ирграмом.