Во имя порядка: кузница судеб

Неудивительно, что эти монстры стали одними из первых, кто встал под знамёна Железного Королевства, ведомые древней ненавистью к людям Эндерала.

«Отношение рождает отношение», - подмял Маттоми об этой ситуации.

- Что ж, может быть вас всех отправить на казнь? – усмехнулся Жак и охотник узрел в его очах оттенки безумия, отражение наслаждения насыщения властью, оказавшейся в его руках.

- Не думаю, что это будет доброе решение, сын мой, - раздался глубокий мужской голос и Маттоми в нём ловил сил и державность, взращённую годами.

Легионеры отступили, и в зал прошёл высокого роста мужчина, на котором как будто сияет неестественным светом светлое одеяние в пол. Через плечо был перекинут широкий орарь, плавно ложащийся на рифлёный позолоченный нагрудник.

- Господин Первосвященник, - чуть поклонились все присутствующие.

Сам Маттоми ощутил удивительное чувство воодушевления, стелящееся вокруг. Широкое лицо добродушное и отпущенная борода только усиливали образ мудрого старца, который опираясь на посох встал перед охотником, будто бы закрывая его от префекта.

- Вы предлагаете убить ни в чём неповинный народ? Они обратили оружие и души свои против врага, так почему же вы поступаете, как истинный безбожник?

- Владыко, вы многого не знаете. Вы…

- Я был тогда на заседании и видел, этого мужа и зрел, как он сражался против мирада. Почем вы обращаете злобу против темной аэтерна, которая бежала из той проклятой тюрьмы? Зачем вы обращаете жестокость и гнев против ватира, который обратил руцы свои супротив сторонников инфернальных сил? Неужто мудрость вас оставила и Единый от вас отвёл свою спасительно чашу, - Первосвященник коснулся символа церкви на груди, отлитого из чистого серебра.

- Что вы предлагаете, вкладка? – спросил Жак, вернувшись к своему столу и заняв вновь трон. – Вы ведь уже ознакомились с ситуацией и понимаете, то я не мог просто так их отпустить.

- В сей день, когда страна нуждается в героях, чтоб исправить ошибки прошлого, вы отвергаете столь искусных воинов как они. В момент, когда нужно показать милость, вы показываете первобытную злобу.