Во имя порядка: кузница судеб

Вот прям, мечта всей жизни – сидишь, пьёшь с другом, а тут к тебе подходит этот центнер веры и праведности вместе со свой седой подружкой и говорят…

- Тише, тебе не говорили, что ты слишком часто злишься? – перебил охотника паренёк, приложив пальцы к острому подбородку. – Ты должен радоваться, что на тебя пал «взор праведного ока Церкви, и что тебе выпадает великая честь послужить делу благочестия и чистоты», - с едва заметной оскоминой завершил полуаэтерна.

- А ты!? Больно спокойный и довольный ты стал, Тараэль. Сон-травы обкурился? Сам мне рассказывал, что тебя крыло не по-детски.

- Да, было такое, - опустил голову Тараэль, смотря, как под сапогом шуршит кусок бумаги, тихим голосом продолжив. – Но благо меня отпустило. Знаешь ли, спокойная жизнь и… отпущение прошлого способно изменить душу.

- А это не из-за твоей чудесной знакомой? – сыронизировал Маттоми. – А, скажи, выходец из Подгорода. Ведь то, что ты мне рассказывал – это во многом фантастично. Знаешь, не выпив три бутылки эля, я бы тебе не поверил тебе.

- Ты много пьёшь, - укорил Тараэль.

- Я тогда был после боя! Мне нужно было снять стресс. Да ты и сам знаешь, что это такое, когда голова не в порядке… я столько народу положил, Тараэль. Впрочем, ты меня понимаешь, - охотник с печалью в глазах посмотрел на Тараэля; то, что рассказывал ему полу-аэтерна куда хуже, чем тысяча битв.

«Как можно пережить десятки экспериментов, издевательства и зверства сущего мясника, который ради какой-то долбанной идеи бесплотности убивать детей, сшивать им новые тела из трупов и переселять туда души?» - гневно подумал Маттоми.

- Да, понимаю, - сдержанно проговорил Тараэль, вернув Маттоми к действительности. – После северных гор меня ещё потрясывало, но Сюзет мне помогла. Я долго не мог с ней расплатиться по долгам за, - Тараэль примолк, а охотник заметил тень подавленной боли.

- Ха, а девчонка не промах. Твоя Сюзет ла Шателерон. Она сама откуда? А то больно у неё больно не по-эндеральски звучит фамилия.

- Она из Нерима. Его южная часть, где правили больные ублюдки их остианского культа. Смешно, но после того, как она детство провела рядом с отцом-фанатиком, смогла ещё силы работать в департаменте местном, связан с имуществом вроде.