Болиголов. Книга 1

Один из волшебников владеет магией исцеления и мог бы нам помочь, но есть сильные подозрения, что все эти совпадения далеко не случайны. По моим предположениям, план Соларуса состоит в том, чтобы как можно сильнее навредить Джофу и нам, а, возможно, даже убить Джофа и разогнать нашу команду. При этом сам Соларус окажется абсолютно непричастным ко всему этому. Причины не совсем понятны, но накануне Джоф отверг предложение Соларуса шпионить для него в селении, и, возможно, тот просто устраняет человека, который может перейти на сторону его конкурентов.

Кристоф запаниковал и бросился в дом к Джофу. Хлоя кинулась за ним с объяснениями. Роджер подошел к Балде.

– Ингредиенты я достал. Пришлось поспрашивать знакомых, но, как обычно, все упирается в мелочи: малина совсем древняя, и она почти утратила магию. Нет мага, знающего, как заколдовать зелье, и раз Кристоф утратил голос, то значит даже зелье не вернет ему способности сразу же – лишь через несколько дней. В общем затея с зельем обречена: мы должны ехать в селение, чтобы спасти Джофа.

– Значит Кристоф – слабый волшебник, раз это зелье так сильно его подкосило? – спросил Балда.

– Волшебники, как и магия, бывают разные, – выступил в защиту друга Роджер. – Наш Кристоф еще не сталкивался с подобной магией, но я уверен, что он обучится ей противостоять.

– Как он сможет, если до сих пор не обучился, закончив многолетнюю школу магии? – Балда не отпускал.

– Обучится так же, как обучаются все остальные. Могу лишь сказать, что современные школы магии не дают достаточных знаний, если ты еще не осведомлен об этом, – пояснил Роджер.

– Я знаю, что ты не владеешь магией, но знаешь рецепт. Ты можешь научить какого-нибудь мага заколдовать зелье? – продолжал допрос Балда.

– Обучить магии словами очень сложно, даже если знаешь, что и как делать. Слова создают иллюзию, что ими можно объяснить все, но это не так. Ну и как минимум нам нужен способный понять объяснение маг, которому мы могли бы доверять и который захотел бы нам помочь.

Если два человека знают что-то тайное друг о друге, и каждый знает, что другой знает, но оба совершенно избегают прямых вопросов – значит, такое положение вещей их вполне устраивает.