Болиголов. Книга 1

До «Болиголова» мне думалось, что все они хорошие и не дадут меня в обиду, но, как только я надел его, во мне включилась какая-то внутренняя защита, которая заставляет меня сомневаться и быть осторожным. Я, конечно, верю моему дяде и его друзьям, только ведь навредить можно не только напрямую, но и случайно, сказав лишнее, или вообще из добрых побуждений.

– Ох, если бы ты была такой же осторожной, когда мы учились! – Вернер сложил руки на груди и, кажется, вспоминал былые годы. – Она выбешивала преподавателей и срывала им лекции еще во время учебы.

А когда они узнали, что она решила остаться в школе работать, то некоторые решили сменить род деятельности.

– Ох, если бы, если бы! – вздохнула Блаж. – Сидела бы я сейчас здесь в прекрасном одиночестве, и никто бы не засорял мой разум всякой сопливой ерундой.

– Нет. Ты бы развлекала зрителей в цирке, вытапливая мозги бедным собачкам, – в этот раз Вернер был остер, и Балда невольно улыбнулся. Блаж приняла эту шутку с дьявольским терпением.

Она еще пообщается с Вернером, когда Балда проснется.

Вернер замер на доли секунды, и Блаж скривила губы – было видно, что они о чем-то переговариваются.

– Судя по твоему состоянию, сон близится к концу, – с грустью сказала Блаж. Они уже насиделись и стояли втроем на этом пятачке, обдуваемом ветрами и омываемом пересекающими друг друга волнами. – Хоть для нас время уже и не существует, но мы можем определять состояния сна носителя артефакта. За один сон всего не узнаешь и всего не поймешь, поэтому хочу у тебя узнать…

– … не запрячу ли я «Болиголов» в какой-нибудь тайник и не предпочту ли все забыть, как дурной сон? Вернусь ли сюда снова? – закончил ее вопрос Балда.

Блаж прикусила губу. – Зачем я вам? Я же не инопланетный представитель другой цивилизации, которого вы ждали! Я буду вас отвлекать от вечного наслаждения одиночеством и гармонией. Вам обоим придется общаться со мной, человеком из примитивного мира.

Все эти «зачем» были настолько наивным и детским желанием услышать, что он им нужен, что ему самому вдруг стало неловко.

И Вернер, и Блаж это поняли и тоже странно заулыбались.

– Ну, вечное блаженство тоже немного утомляет, – ответила Блаж, по-прежнему глядя на него снизу-вверх. – Да и ты оказался не такой уж дурачок, каким себя выставлял. Мы можем тебя научить чему-нибудь интересному. Я бы назвала это конкретными словами, если бы слова могли хоть что-то передать.