Сто одна жизнь. Пешка.

Он сперва отгрыз себе ноготь, а потом на радостях упал в кусты и больно саданулся головой. Или же все произошло наоборот.

Я поднял камень и избавил парня от мысленных терзаний. Временно, в себя он обязательно придет. И желательно, чтобы, когда это случится я был бы уже далеко.

Я оттащил тело подальше в кусты, связал его же ремнем. Подумал минуту и борясь со здравым смыслом стянул с него сапоги. Я с честью выдержал газовую атаку, удержав в себе все, что съел в местной лишившейся хозяина столовой, но не прослезиться все же не смог.

Сунул его руки в сапог и крепко стянул голенище своим поясом. А чего, мне не жалко, да и толку от него нет. Одежда мне не по размеру, он все равно болтается. Посмотрел на дело своих рук и остался вполне доволен увиденным. Еще бы к дереву тельце примотать, но вокруг не было ни одного подходящего дерева. Да и черт с ним, и так сойдет.

Мои арестантики частично пришли в себя. Точнее в себя пришла их большая синекожая крылатая часть. Девушка, очень походящая на земных, так и висела в веревках безвольной массой.

Симпатичной, но абсолютно отсутствующей.

— Так помочь надо? Или я по своим делам пойду? — спросил я, сунув нос между прутьями решетки.

— Ты же умер, — задрожал Горди, девушка вздрогнула, открыла глаза, уставилась на меня. Я не удержался и снова ей подмигнул. Она опять вырубилась. Интересно, может, это умение такое, о котором я не знаю. Я испытал силу подмигивания на Горди.

— Чегхо ты мне подмигиваешь? — напрягся гаргул.

— Я же сам видел, как ты умер.

— Ну допустим, — зашипел я, внезапно осознав, что у меня нет не то, что плана их освобождения, у меня даже намека на него нет. Однако отступать поздно, наверное. И отступать я не стал. — Допустим ты видел, то что видел, но вот я перед тобой и предлагаю тебе свободу, заметь без обязательств с твоей стороны. Ты можешь пойти со мной, или остаться и дождаться, когда завтра сюда явится некий повелитель, — я умышленно напустил в слово «повелитель» весь пафос, на который был способен.

— Повелитель? — переспросил гаргул.

— Повелитель, — подтвердил я. — Ты ему не интересен, — я поморщился. — Ему интересна она.

Гаргул покосился на девушку и осклабился.

— Ее тоже с собой возьмем? — спросил он.

— Она твоя подружка, мне плевать. Скажешь забираем, сам ей сопельки вытирать будешь, оставим — так, я думаю найдутся те, кто о ней позаботится.

Роль крутого парня давалась мне на удивление легко.