Сто одна жизнь. Пешка.

Она сжала руку, перекрыв мне, кислород и приблизила свое лицо к моему.

— Не перебивай меня. Запоминай! Ты пешка вне доски и как вернуть тебя на доску я не знаю. Но способ есть, и ты должен им воспользоваться. Ты должен его найти и воспользоваться им. Ясно?

— Предельно, — прохрипел я.

Чего тут сложного, найди то, чего нет, и сделай то, чего нельзя.

— Ты будешь умирать. Много раз и это все что я могу для тебя сделать.

Она провела рукой вокруг моей головы, закрыла глаза, поднесла пальцы ко рту, надкусила кожу, выдавила каплю крови, а затем точным ударом пробила мне грудную клетку.

— Это все, что я могу тебе дать, — сказала она и отступила, отпустив мою шею.

— Вернись на доску, — повторила она и отвернулась.

И я, кажется, понимаю почему. Да нет, я точно уверен в этом. Даже если бы я всю свою жизнь отработал в больнице, в отделении для отравлений, где промывание желудка единственное и самое действенное средство, даже тогда, видеть то, что происходило со мной, я бы не хотел.

Когда я открыл глаза, солнце уж коснулось западного горизонта. Возле меня сидела Плая и нежно гладила оливковой ручкой мои мокрые от пота, грязные от песка, растрепанные волосы.

— Ты очнулся, — радостно улыбнулась она. — Я уже испугалась, что ты умрешь.

— Не сейчас, — я улыбнулся ей.

Начало нового хода.

Надпись эта возникла перед глазами, утопив в себе радостную улыбку Плаи.

Информация обновлена.

Интерфейс недоступен.

Личный статус: Пешка.

У вас осталась сто она жизнь.

Глава 10

Я сидел на камне, греясь на ярком теплом солнце, и размышлял. А подумать мне было о чем. Во-первых: насколько реально то, что со мной случилось? Размышления на эту тему ни к чему хорошему и позитивному меня не привели. Но вывод сделать все же удалось. Не веря собственным мыслям, я все же решил, что реально это или нет, но я сейчас живу в этом. И как бы мне не хотелось сказать, что весь этот мир вокруг меня игра моего воображения, пришлось признать, что это не так.

Во-вторых: три дня проведенных в деревне дали мне небольшое представление о мире, где я оказался. Совсем крохотное. Жители деревни, что так и не обзавелась названием, никогда не уходили от нее далеко и хорошо знали только ближайшие ее окрестности. Хуже то, что находилось за дорогой и по берегам залива.