На службе империи

А когда он решил, что исполнил свой долг и больше империи ничего не должен, его всё-таки как-то уговорили порой помогать.

Говорят, после жизни отшельником, с сотню лет он сильно изменился, и только потому он сам взял себе позывной Романтик.

Всё это, Клоц рассказывал мне с каким-то потерянным видом, смотря в сторону остальных ребят.

Потапыч вообще почему-то ходил, вокруг Маньяка и Психа словно пьяный, в этот момент он и правда напоминал медведя. Только какого-то растерянного и очень грустного.

- Командир? А что это происходит с Потапычем?

- Он не знает, что делать.

Ему хочется попрощаться с другом, ещё хоть пару минут по припираться с Маньяком. Но если он сейчас растормошит его, умирать он будет крайне болезненно.

Он подошёл к Маньяку и присев на корточки, тихо поблагодарил его, что не дал обжоре поубивать нас всех. Он ещё что-то прошептал, хотя скорее, просто пошевелил губами. И мне, кажется, он произнёс – я помню.

- Боюсь у меня совсем мало времени, друг мой – тихо произнёс Псих, когда ему всё-таки удалось привстать.

Он поморщился, приставляя ладонь к голове, застыл на пару мгновений, уставившись в никуда, а потом просто произнёс – ну вот и всё, больше я не хранитель знаний.

- Сделаем так, я с Психом и Варом будем ждать тебя в том самом месте, где он давал мастер-класс поварятам. Я попробую по тихонько пробраться, но ты же понимаешь.

- Нужно, чтоб преследователи, отвлеклись на кого-то – криво усмехнулся Потапыч и кивнул. – Идите, я тут попрощаюсь и догоню.

Я брёл вместе с Клоцем, помогая Психу идти.

Именно брёл, так как не увязывалось у меня всё это. Как же так? Клоц мне рассказал, что Маньяк, будучи и так на пределе, практически выжег своё астральное тело, но спас группу. Большинство разумных выбравших, такой путь так и умирали.

Псих, как сам он и говорил, должен был сделать меня новым хранителем знаний. Вот только я не знал, что после этого он умрёт. Он и так умрёт, но он обязан передать знания.

Вот тут у меня и проявилась наконец мысль. А какого хрена, разумный с таким багажом знаний не преподаёт и не обучает других.

Ответ был краток – станешь хранителем, сам всё поймёшь.

Но главное, я понял, что тоже очень опечален смертью Маньяка и о ужас, даже будущей смертью Психа. Оба в каком-то смысле стали моими менторами, раскрывшими некоторые тайны.

Именно по этой причине, я шёл как в воду опущенный. Мне вспомнился потерянный и безразличный взгляд Потапыча, нарезающего круги, и его усмешку, когда Клоц сказал про отвлечение внимания.